![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiirПовесть душеполезна об инокине Дорофее и Голоудском монастыре, всем желающимся спастись не токмо самим, но и со всеми сродниками своими.
Родилась инокиня Дорофея, в миру Елена, в стране Канзасской, в семье бедной. Родители её, как и другие земледельцы Канзасские, страдали от частых бурь. По небрежению родительскому осталась однажды она в доме своём во время бури, посланной всем христианам за грехи наши архангелом Михаилом. Подхватила буря дом и подняла у небо. Увидал архангел Михаил испуганную девочку, явился ей и обратился к ней ласково: "Не суди родителей, что тебя оситавили: они правда думают, что лучше быстро умереть от бури, чем медленно - от голода! Лучше скажи, куда тебя перенести вместе с домом своим?" Девочка испугалась, но ответила: "Говорили, что далеко отсюда, за пустыней, стоит Голоудский монастырь, обитель честная, святая и славная, где живут по сто лет в довольстве и сытости, гуляют в красивых нарядах, но при этом не живут праздно, а спасают всю страну свою молитвами и духовными подвигами! Раз в тягость я родителям моим, отнеси меня в Голоудский монастырь, если он есть, а если нет - создай его по молитве моей!" Отвечал ей архангел Михаил: "Не бойся, чадо, есть такой монастырь воистину; стоит у Архенгельска града, в мою честь названного; мне ли о нём не знать! Не всё там так, как тебе рассказали, но отнесу я тебя туда, как ты просишь!" Вынесла буря дом к Голоудской обители, и так бережно на землю поставила, что даже башмаки девочкины стеклянные, какие носят в стране Канзасской, не разбились.
Вышла девочка, будущая инокиня Дорофея, к монастырю; смотрит - и дивится: строения все до небес стеклянные, с зеленоватым отливом, в море смотрят - и море отражают, изнутри на закате зелёным светом сияют. На воротах привратники зелёные очки раздают, по местному обычаю: кто постриг не принял, снимать их не может, чтобы от сияния обители не ослепнуть. Люди все весёлые, дружные, удалые, в глазах искра Господня - даже через очки видна. Прошла девочка за три дня весь огромный город, нашла монастырскую трапезную, в двери постучалась. Вышел ей навстречу игумен Миколай, настоятель Голоудский, мудрец и книжник (хотя и говорили о нём, что он - еретик латинской веры), поприветствовал ласково, расспросил о том, какая беда её в обитель привела. Девочка долго не думала, сразу к делу приступила: "Хочу, - дескать, - в вашей обители постричься, чтобы всю жизнь у вас прожить и пользу принести, душу спасти свою - и чужие души тоже!"
Изумился игумен Миколай, отговаривать девочку стал: "Не знаешь ты, - дескать, - как устав здесь тяжёл, как жизнь тягостна, как подвиг иноческий неподъёмен! Многие не выдерживают, уходят, а кто остаётся - печаль многую приемлют!" Отвечала девочка: "Говорили про Вас, Миколай Вольтерович, что роду Вы не простого, из князей Мышецких. Если Вы сами, по доброй воле, княжеское житие на иноческое променяли, значит - есть в этом смысл, и есть в этой обители польза душе Вашей - и другим душам людским!" Нахмурился игумен Миколай, о своём мирском прошлом услышав, и хотел прогнать девочку тотчас же, но смирил сердце своё и отвечал: "Всё тебе честно покажу и расскажу, как обители наша строится и каков в ней устав. Ежели не передумаешь - живи тут, но - передумаешь, уж об этом я постараюсь! Одно обещай: никому не рассказывать того, что я тебе расскажу и покажу, ибо такова часть устава нашего!" Обрадовалась будущая инокиня Дорофея, и дала слово молчать обо всём, что ей во время послушания расскажут.
Вывел её игумен Миколай на башню и велел очки снять. Сняла очки девочка - и увидела, что нет в городе зелёного: всё белое да стальное, яркое, глаза режет. "Убедись, чадо, что покой есть ложь, и житие здесь покойным не будет! Будет оно исполнено боли и трудов, и польза от него не всем ясна будет!" Ответила девочка: "Того, что Вы мне показали, отче, я не испугалась; а значит - и того, о чём вы расскажете, не испугаюсь! Мне сам архангел Михаил говорил, что жизнь здесь не райская; куда уж Вам, отче, меня после архангела пугать!" Улыбнулся старик немирно и начал рассказывать:
Родилась инокиня Дорофея, в миру Елена, в стране Канзасской, в семье бедной. Родители её, как и другие земледельцы Канзасские, страдали от частых бурь. По небрежению родительскому осталась однажды она в доме своём во время бури, посланной всем христианам за грехи наши архангелом Михаилом. Подхватила буря дом и подняла у небо. Увидал архангел Михаил испуганную девочку, явился ей и обратился к ней ласково: "Не суди родителей, что тебя оситавили: они правда думают, что лучше быстро умереть от бури, чем медленно - от голода! Лучше скажи, куда тебя перенести вместе с домом своим?" Девочка испугалась, но ответила: "Говорили, что далеко отсюда, за пустыней, стоит Голоудский монастырь, обитель честная, святая и славная, где живут по сто лет в довольстве и сытости, гуляют в красивых нарядах, но при этом не живут праздно, а спасают всю страну свою молитвами и духовными подвигами! Раз в тягость я родителям моим, отнеси меня в Голоудский монастырь, если он есть, а если нет - создай его по молитве моей!" Отвечал ей архангел Михаил: "Не бойся, чадо, есть такой монастырь воистину; стоит у Архенгельска града, в мою честь названного; мне ли о нём не знать! Не всё там так, как тебе рассказали, но отнесу я тебя туда, как ты просишь!" Вынесла буря дом к Голоудской обители, и так бережно на землю поставила, что даже башмаки девочкины стеклянные, какие носят в стране Канзасской, не разбились.
Вышла девочка, будущая инокиня Дорофея, к монастырю; смотрит - и дивится: строения все до небес стеклянные, с зеленоватым отливом, в море смотрят - и море отражают, изнутри на закате зелёным светом сияют. На воротах привратники зелёные очки раздают, по местному обычаю: кто постриг не принял, снимать их не может, чтобы от сияния обители не ослепнуть. Люди все весёлые, дружные, удалые, в глазах искра Господня - даже через очки видна. Прошла девочка за три дня весь огромный город, нашла монастырскую трапезную, в двери постучалась. Вышел ей навстречу игумен Миколай, настоятель Голоудский, мудрец и книжник (хотя и говорили о нём, что он - еретик латинской веры), поприветствовал ласково, расспросил о том, какая беда её в обитель привела. Девочка долго не думала, сразу к делу приступила: "Хочу, - дескать, - в вашей обители постричься, чтобы всю жизнь у вас прожить и пользу принести, душу спасти свою - и чужие души тоже!"
Изумился игумен Миколай, отговаривать девочку стал: "Не знаешь ты, - дескать, - как устав здесь тяжёл, как жизнь тягостна, как подвиг иноческий неподъёмен! Многие не выдерживают, уходят, а кто остаётся - печаль многую приемлют!" Отвечала девочка: "Говорили про Вас, Миколай Вольтерович, что роду Вы не простого, из князей Мышецких. Если Вы сами, по доброй воле, княжеское житие на иноческое променяли, значит - есть в этом смысл, и есть в этой обители польза душе Вашей - и другим душам людским!" Нахмурился игумен Миколай, о своём мирском прошлом услышав, и хотел прогнать девочку тотчас же, но смирил сердце своё и отвечал: "Всё тебе честно покажу и расскажу, как обители наша строится и каков в ней устав. Ежели не передумаешь - живи тут, но - передумаешь, уж об этом я постараюсь! Одно обещай: никому не рассказывать того, что я тебе расскажу и покажу, ибо такова часть устава нашего!" Обрадовалась будущая инокиня Дорофея, и дала слово молчать обо всём, что ей во время послушания расскажут.
Вывел её игумен Миколай на башню и велел очки снять. Сняла очки девочка - и увидела, что нет в городе зелёного: всё белое да стальное, яркое, глаза режет. "Убедись, чадо, что покой есть ложь, и житие здесь покойным не будет! Будет оно исполнено боли и трудов, и польза от него не всем ясна будет!" Ответила девочка: "Того, что Вы мне показали, отче, я не испугалась; а значит - и того, о чём вы расскажете, не испугаюсь! Мне сам архангел Михаил говорил, что жизнь здесь не райская; куда уж Вам, отче, меня после архангела пугать!" Улыбнулся старик немирно и начал рассказывать:
