![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Jun. 8th, 2019
07.06.2019. Лицемерие как неудача.
Jun. 8th, 2019 10:50 am- Ты обвиняешь всех троих в лицемерии, но что плохого в лицемерии? Ты и так для разных людей разный человек, твои маски - в их глазах! Лицемерие - признавать, что "каждый человек - остров", что взаимопонимание невозможно, а возможна лишь его иллюзия. Лицемерие - строить для каждого человека его собственный мир; а главное - чтить границы этого мира. Всё жизнь делаю так!
- Э, нет! Не передёргивай! Ты это делаешь открыто и последовательно, и у тебя это получается! А "лицемерие" - это неудача. "Лицемерие" - это когда делаешь вот именно это, но - не получается!
Занавес.
- Э, нет! Не передёргивай! Ты это делаешь открыто и последовательно, и у тебя это получается! А "лицемерие" - это неудача. "Лицемерие" - это когда делаешь вот именно это, но - не получается!
Занавес.
07.06.2019. Хвост в прошлое для Глюка.
Jun. 8th, 2019 11:02 am- Моя дочь меня переросла. Это пугает: странно лишиться физического превосходства. Я всегда понимала: вот, я больше, я мощнее... А тут...
- Не беда! Она ростом с тебя, но ты длиннее.
- Длиннее - это как? В ширину? В высоту?
- В четвёртом измерении, во времени. Люди в нём гусеницы, с такого-то года по такой-то. И в этом измерении твой хвост длиннее, а потому - ты всегда можешь махнуть этим хвостом! Ты была в том времени, в котором её не было!
- Да, верно. Но у дочери пока тот возраст, пока она этого хвоста не видит. Вот подрастёт ещё на пару лет...
Занавес.
#УТебяХвостДлиннее
- Не беда! Она ростом с тебя, но ты длиннее.
- Длиннее - это как? В ширину? В высоту?
- В четвёртом измерении, во времени. Люди в нём гусеницы, с такого-то года по такой-то. И в этом измерении твой хвост длиннее, а потому - ты всегда можешь махнуть этим хвостом! Ты была в том времени, в котором её не было!
- Да, верно. Но у дочери пока тот возраст, пока она этого хвоста не видит. Вот подрастёт ещё на пару лет...
Занавес.
#УТебяХвостДлиннее
- Найди человека, который хотел бы пожить в моей ремонтируемой квартире и пообдирать старые обои! Только такого, чтобы точно был надёжен и работоспособен, а то были случаи...
- Есть один на примере, но я с ним лично не знаком.
- Ой, тогда не надо. Нужен проверенный человек!
- Можно этого проверить - станет проверенный!
- Знаешь, а давай, проверь! Что для этого требуется?
- Боюсь, что... ещё одна ремонтируемая квартира!
Занавес.
- Есть один на примере, но я с ним лично не знаком.
- Ой, тогда не надо. Нужен проверенный человек!
- Можно этого проверить - станет проверенный!
- Знаешь, а давай, проверь! Что для этого требуется?
- Боюсь, что... ещё одна ремонтируемая квартира!
Занавес.
Летний вечер. Проспект перекрыт, на каждой зебре - по две полицейские барышни с рациями. Под юбкой у знаменитого русско-немецкого драматурга собираются неформалы: приехали тусоваться из разных стран и из разных сфер.
Йог садится на десять дощечек, отдыхает, кайфует: он с лёгкостью сидит и на сорока восьми, десять для него - так, детские игры. Напротив Йога садятся люди, от седых стариков до восьмилетних гениев, берут блокноты. Йог, не раскрывая глаз, диктует цифры и буквы. Жена Йога в чёрно-белом платье с изящным бегемотом на голых плечах бегает туда-сюда, перегоняет коней. Ученик жены Йога бегает вокруг и фотографирует сюрреалистическую картину.
Полубог приходит пешком. "Больше никогда! Завязал!" - говорит он. - "Почему?" - спрашивают его неформалы. - "Не могу быть первым, не хочу быть вторым! - отвечает Полубог. Журналисты начинают фотографировать Полубога и брать у него автографы. Полубог подходит к столику и садится играть с пятилетней девочкой. Через пятнадцать минут все видят, что девочка обыграла Полубога. "Зачем этот фарс?" - спрашивают все. "Мне уже всё равно, а ей - будет приятно похвастаться, что она обыграла меня!" - отвечает Полубог.
Из бронированного джипа выходит Вор с охраной. Фоторепортёры сразу же забывают про Полубога и обращаются к Вору. Неформалы посматривают на него с презрением, вполне отвечающим рейтингу Вора: он среди них один из самых слабых. Полубог говорит с Вором вежливо, но уже без заискивания: прошли те времена, когда Полубогу нужны были миллионы, чтобы качаться и быть первым. Второму уже ничего не нужно, второй свободен, как завязавший наркоман - от драгдилера.
Трибун подходит к доскам, смотрит на игру. "Что он здесь делает?" - "Он вернулся!" - "Я не знал, что он из ваших! Я думал, он только политик и правозащитник!" - "Ага! Да у него рейтинг выше моего! Хотя и ниже, чем у Альгиза. Поэтому я не понимаю, что он тут делает!" - "Может быть, пришёл убить Вора, пока охраны при нём в десять раз меньше, чем обычно?" - "Какие глупости! Он по рейтингу сильнее Вора! Если он убьёт Вора и сядет, то это... как ладью на коня разменять!"
Восемнадцатилетний священник садится за доску, окружённый многочисленной паствой. Паства не только многочисленна, но и многоконфессиональна. Священник охает, кряхтит, жалуется на возраст - и начинает расставлять паству по доске, на свои клетки. Хватает как раз!
"Я не пойму, для чего такие и разные люди собрались вместе!" - "Это понятно: им нужно общество друг друга, поскольку лишь они одни понимают крутость друг друга!" - "Как и у всех остальных неформалов?" - "Разумеется. Чем они хуже?" - "То есть это мероприятие - пикник?" - "Да".
Эпиграфом - пирожок, приписываемый Кыну:
конь съел слона но все спокойны
никто и бровью не ведет
никто не выбегает с криком
конь съел слона конь съел слона
Йог садится на десять дощечек, отдыхает, кайфует: он с лёгкостью сидит и на сорока восьми, десять для него - так, детские игры. Напротив Йога садятся люди, от седых стариков до восьмилетних гениев, берут блокноты. Йог, не раскрывая глаз, диктует цифры и буквы. Жена Йога в чёрно-белом платье с изящным бегемотом на голых плечах бегает туда-сюда, перегоняет коней. Ученик жены Йога бегает вокруг и фотографирует сюрреалистическую картину.
Полубог приходит пешком. "Больше никогда! Завязал!" - говорит он. - "Почему?" - спрашивают его неформалы. - "Не могу быть первым, не хочу быть вторым! - отвечает Полубог. Журналисты начинают фотографировать Полубога и брать у него автографы. Полубог подходит к столику и садится играть с пятилетней девочкой. Через пятнадцать минут все видят, что девочка обыграла Полубога. "Зачем этот фарс?" - спрашивают все. "Мне уже всё равно, а ей - будет приятно похвастаться, что она обыграла меня!" - отвечает Полубог.
Из бронированного джипа выходит Вор с охраной. Фоторепортёры сразу же забывают про Полубога и обращаются к Вору. Неформалы посматривают на него с презрением, вполне отвечающим рейтингу Вора: он среди них один из самых слабых. Полубог говорит с Вором вежливо, но уже без заискивания: прошли те времена, когда Полубогу нужны были миллионы, чтобы качаться и быть первым. Второму уже ничего не нужно, второй свободен, как завязавший наркоман - от драгдилера.
Трибун подходит к доскам, смотрит на игру. "Что он здесь делает?" - "Он вернулся!" - "Я не знал, что он из ваших! Я думал, он только политик и правозащитник!" - "Ага! Да у него рейтинг выше моего! Хотя и ниже, чем у Альгиза. Поэтому я не понимаю, что он тут делает!" - "Может быть, пришёл убить Вора, пока охраны при нём в десять раз меньше, чем обычно?" - "Какие глупости! Он по рейтингу сильнее Вора! Если он убьёт Вора и сядет, то это... как ладью на коня разменять!"
Восемнадцатилетний священник садится за доску, окружённый многочисленной паствой. Паства не только многочисленна, но и многоконфессиональна. Священник охает, кряхтит, жалуется на возраст - и начинает расставлять паству по доске, на свои клетки. Хватает как раз!
"Я не пойму, для чего такие и разные люди собрались вместе!" - "Это понятно: им нужно общество друг друга, поскольку лишь они одни понимают крутость друг друга!" - "Как и у всех остальных неформалов?" - "Разумеется. Чем они хуже?" - "То есть это мероприятие - пикник?" - "Да".
Эпиграфом - пирожок, приписываемый Кыну:
конь съел слона но все спокойны
никто и бровью не ведет
никто не выбегает с криком
конь съел слона конь съел слона