Профессия кладбищенского сторожа - древняя и почтенная. Кладбищенских сторожей драматургии выводят на сцену, иконописцы изображают в клеймах, цари боятся, а простые люди спаивают всем тем, что с кладбища уносить не принято. Осваивать профессию кладбищенского сторожа в эту неделю пришлось всем исаакиевцам.
В 1710-х годах на Шлиссельбургском тракте у казённых кирпичных заводов к юго-востоку от новорожденного Города была построена деревянная Преображенская церковь, в 1731-34 годах заменённая каменной. Около церкви появилось Спасо-Преображенское кладбище для кирпичнозаводских рабочих и чуть более живучих местных жителей:
http://spb-mitrofan-society.org/farfor_istor.php.
В 1744 году в корпусах кирпичных заводов учредили порцеллановую мануфактуру, с 1765 года именуемую Императорским фарфоровым заводом. Посколько производство фарфора было вредным, Спасо-Преображенское кладбище рядом с заводом быстро разрослось и получило неофициальное прозвище: "Фарфоровское кладбище". Местных жителей в его землю пускать перестали: рабочим стало тесно.
В 1902 году к кладбищу, доходившему до берега Невы, прирезали новый обширный участок земли. На ней в 1902-1912 годах по проекту академика архитектуры А. Ф. Красовского была построена Свято-Духовская церковь (Церковь Сошествия Святого Духа) с единственным в стране фарфоровым иконостасом. Из моих знакомых там лежал только гениальный Воронихин.
В 1927 году кладбище закрыли, новых покойников хоронить запретили. В 1932 году была разрушили Преображенскую церковь. Литератор Панаев испугался и успел сбежать на Литераторвские Мостки, остальные - не успели. В 1938 году закрыли Духовскую церковь, но кусок кладбища ещё остался. Во время осады Города в 1940 году там хоронили уже всех без разбора - и, разумеется, без бумаг. В это верят те, кто доверяет памяти очевидцев, и не верят те, кто привык доверять бумагам.
В 1960-х годах уничтожили западную часть кладбища и само здание Духовской церкви - в интересах расширявшегося города, для постройки жилых домов без архитектурных излишеств. К 1970 году посреди кладбища построили станцию метро "Ивановская" (она же "Щемиловка", она же "Ленинградский фарфоровый завод имени М. В. Ломоносова", она же "Ломоносовская"), воспетую Сергеем Довлатовым. Никто не возражал; все боялись. Оно и понятно: метрополитен - вход в преисподнюю, объект сакральный.
Когда прокладывали трамвай к Хвостатому Мосту - в земле находили могильные плиты. Никто не возражал, все боялись. А что возражать, если и весь Город - на костях, и трамвай - гильотина, и всё по правилам красноармейца Шухова.
Когда строили кинотеатр "Спутник" (ныне превращённый в рынок), никто не возражал: если разрушили старый храм, то логично построить новый. Кинотеатры - советские храмы, в них тоже поминают умерших. Всё логично, не правда ли?
Впервые люди возмутились, когда за "Спутником" посреди кладбищенского сквера построили общественный туалет (с желтыми стенами, как и подобает казённому учреждению, и в стиле "ампир"). Местные жители сопротивлялись, но туалет оказался сильнее.
В мае 2008 года сквер вокруг павильона "Ломоносовской"огородили, чтобы построить "многофункциональный трёхэтажный коммерческий комплекс". Тоже понятно: где метро, там люди ездят, а где они ездят - там они покупают всё, что им предложишь. Покойникам скидки.
В феврале 2009 года ограждения сняли: на строительство не хватило денег, сроки истекли, владелец умер. Валентина Матвиенко несколько раз заявляла по телевидению о желании построить на кладбищенской земле "Элитную Пятёрочку", но ограничилось всё вырубкой деревьев в сквере на месте Спасо-Преображенской церкви.
Весной 2011 года на месте отвоёванного сквера мы сажали новые деревья: клёны, орехи, рябины, даже акации. Саженцы дала Лесотехническая Академия по слову Ирины Андриановой и её береговиков. Несмотря на то, что мои лесопосадчики сажали деревья бок о бок с националистами, поножовщины, ожидаемой многими, не произошло:
http://festino.livejournal.com/92241.html.
Далее история кончается и начинается то, что я видел своими глазами.