Мир вам!

Все равно непонятно, зачем нужны обеты, гейсы, зароки, общие дела и взаимные обязательства. Нормальные люди и без них придут друг другу на выручку в случае настоящего форсмажора, катастрофы или кораблекрушения. Даже если перед тем вдрызг разругались.

From:

Сурова ты в оценке людей!

From:

В смысле, что по моим критериям получается слишком мало нормальных?
А кто сказал, что их много?

From:

Учебник по лексической семантике.

А если серьёзно. ты смешиваешь "норму" (термин социологии, узус) и "планку" (термин педагогики, зона ближайшего развития).
Иными словами - путаешь сущее и должное.

From:

Не поняла: что такое планка?

From:

Павел Лагашин (from livejournal.com)

Вопрос первый, занудный зело. "Главная цель" - чья?

From:

Социума.

From:

Ты знаешь, а ведь это оправдание и одновременно доказательство бытия Божьего!

From:

Вот уж не думал, что меня применят ТАК!

From:

В смысле, как заменителя совести для тех, у кого ее нет?
Так этому "оправданию" и "доказательству" сто лет в обед!

From:

нет-нет.. Бог как интерсубьективность. То, что служит условием, возможностью и пространством для общения и понимания. То, что гарантирует единство мира, его описания и категорий мышления. То, чем, собственно и творится мир, ибо реальность - суть конвенция. Это о том, почему это доказательство. А теодицея берется из ответа на вопрос о том, зачем же зло в мире. Вот Кор на него и отвечает: затем, что без зла нет возможности его совместного преодоления, нет нужды в единении субъектов, не творится реальность. Субъекты в меньшей степени субъекты, когда они одиноки и не переживают, не преодолевают совместно выпадающие им испытания.

From:

Ты не находишь, что в цивилизованный человек должен давно научиться решать эту проблему как-нибудь сам?
Вот для объединения племени это хорошо.
Страшно подумать: а как же атеисты общается? Да еще такие, у которых вместо клятв и обетов "да-да" "нет-нет"?

From:

Не понял, о какой именно проблеме ты говоришь и при чем тут цивилизованность, а равно - самость. Уровень развития государственных и общественных структур вообще к этому разговору не имеет отношения. Человек в любом случае - животное общественное, личность формируется только в общении с себе подобными, то есть через ту же интерсубъективность.
Атеисты общаются точно так же, просто они либо не задумываются об интерсубъективности (как и и христиане), либо используют для ее описания и обозначения другие термины. Использование современной психиатрической терминологии не ведет же к уничтожению такой категории, как душа, даже если и описываются с их помощью одни и те же явления. Вот и категория божественности тоже не снимается для меня наличием, в том числе и в моем же собственном активном словарном запасе и системе мышления других, более современных научных категорий для описания интерсубъективности.

From:

Погоди. Вот кошки в доме, где я живу, прекрасно общаются, хотя иногда ссорятся и конкурируют за ресурс. И где и них божественность?

From:

а почему ты думаешь, что кошкам Божественное не явлено? Я же неправильный христианин в религиозном смысле, я их тоже личностями считаю. Просто с ними Бог на другом языке общается и другими способами, хотя во многом и теми же: боль и обиду они чувствуют, любовь и привязанность испытывают. Потому и общаются, что Он существует.

From:

Принято!
Более того: через кошек Божественное явлено нам!

From:

погоди, я как раз об этом сказочку сейчас пишу, про песьего Бога. Вот вывешу, и ты сразу все поймешь:)

From:

Жду!
Но лучше все же про кошачьего...

From:

например, вот используешь же ты категорию совести, которая совершенно ненаучна. А для меня совесть - это то пространство интерсубъективности, которое возникает между индивидуумом и Богом (как всеобщим принципом интерсубъективности (Да, нелепо, потому и верую)). И только этими двумя сторонами и определяется, причем в равной степени. Социум - это фон, который можно принимать в расчет, а можно (после того как совесть, не без участия того же или другого социума как фона, сформирована) - нет. Вот Кору в его личном способе договора с Божественным клятвы и гейсы нужны, мне они, наоборот, не нужны. Я слово либо держу свое, либо нет, причем сам выбираю, перед кем держать и в каких обстоятельствах. Мне для сосуществования с людьми нужна интуиция, Кору - закон, потому что мы с ним по-разному устроены. Судя по тому, что мы оба с ним все еще живы, оба имеем репутацию достойных людей, оба этих способа работают - в том виде, в каком мы оба их применяем.

From:

Это вам обоим очень повезло.
Даже лет за 150 до социум бы людей с такими Богами, мягко говоря, не понял...

From:

Не думаю. Раз мы до сих пор живы, то и тогда бы прожили (при условии того же уровня развития медицины, в первую очередь, использования антибиотиков). Я вот в своей теологии следую Августину, у Кора вообще дворянский кодекс чести. А насчет того, что в русском религиозном обществе 150-летней давности можно, а что нельзя, предлагаю перечесть Лескова, его рассказы о штундистах, о дядюшке Шкоте и о святых. У него много примеров того, как человек, что дворянин, что из низов, выбирает собственную религиозную, и как следствие - этическую стратегию.

From:

И даже вполне православному и очень известному Лескову это было непросто: Победоносцев, по его словам, был близок к тому, чтобы "превратить его жизнь в житие".

From:

да, о том, что православная религия бесчестным людям заменяет совесть, у него тоже есть дивнейшая вещь. «На краю земли» - про зырян.

From:

Отличная вещь, очень люблю ее.
Там как раз у православныз совести нет ("поп простит"), а местный язычник оказывается с совестью, названной именем местного божества ("тот бачка увидит, который там! -- и показал на небо").

From:

да, но рассказ сам идет из уст православного иерарха, да еще и написан православным писателем. так что это критика изнутри.

From: