"Последовавшее в 1798 году производство меня в генерал-майоры и шефы драгунского полка окончательно возложило на главу мою венец мученика. Подобная причуда императора Павла по отношению к десятилетнему ребёнку покажется невероятною; но мы знаем из истории лостаточно примеров таких же чудачеств с его стороны. Будучи слепым почитателем Фридриха Второго, он преобразовал и обмундировал все свои войска на старопрусский манер, а потому и русские полки, именовавшиеся прежде по городам и провинциям, обозначил именами командиров. Затем легко могло случиться, что воспоминание о Вюртембергском драгунском полку, которым командовал мой дед в Семилетнюю войну, внушило императору Павлу мысль окрестить этим именем бывший Псковский драгунский полк. Ведь был же случай, что чашка кофию разрешила долго и тщетно искомую задачу об определении цвета обшлагов нового пехотного полка. Весьма вероятно, что неожиданное открытие моей маленькой особы в списках его армии оказало в этом случае такую же важную услугу, и таким образом вполне заслуженное чиноповышение обрушилось на меня внезапно с облаков, как град во время бури".