Сказал кесарь псоглавцам: «Деритесь, ибо пришельцы хотят стать сильнее вас. Если они победят, вы станете для них как овцеглавцы, вы этого хотите?». Бросились псоглавцы в бой, и делали смелые вылазки за стены, и убили много пришельцев, головы же их вешали на седло и, смеясь, похвалялись, каких уродов добыли в этот день.
Сказал кесарь овцеглавцам: «Деритесь, ибо пришельцы считают, что ведут правую войну. Если они победят, о вас будут злословить так же, как вы о псоглавцах, вы этого хотите?» Встали овцеглавцы на стены, безропотно снося приступ за приступом, и стояли бесстрашно под градом камней, стрел, лучей и пуль, гордясь своей правотой.
Сказали пришельцы кесарю: «Верни в город время и примирись с первосвященником, иначе разрушим мы Цитадель». Сказал кесарь: «Что мне в Цитадели? Входите и разрушайте. Многие входили в нее, и все стали как ее жители». Поверили многие и пришельцы и вошли, силой или волей, опустились у них руки в безвременье, и увяли души.
Сказали псоглавцы и овцеглавцы кесарю: «Выпусти нас из Цитадели всех, чтобы мы одним ударом разбили неприятеля! Чем дольше мы медлим, тем больше они разрушают наших домов». Испугался кесарь, что не вернутся его люди в безвременье, и сказал: «Что вам в разрушенных домах? Вы служите мне, а не Цитадели, какое вам дело в ней?»
Сказала Цитадель: «Почему враги мои любят и чтят меня более, чем мои защитники?» остановила Цитадель вращение, и рухнули с размаха стены ее. До сих пор можно увидеть огромную стену, покрытую густым слоем осадной смолы, лежащую плашмя под колесами повозок, опоясавшую огромные земли, где стоят сорок городов Москворечья.
Ворвались пришельцы в Цитадель, отошли защитники ко второму кругу, укрепив его стены пустотой. Отступая, разрушали они все, что оставалось врагу. С тех пор разорены земли от внутреннего кольца до стен, и не осталось в них подлинных домов золотого века. Подивились пришельцы: «Неужели любят они свой город меньше, чем даже мы?»
Осталось безвременье лишь во внутреннем кольце, в тени Летучего Острова Фру. Со всех сторон окружили его пришельцы, но не могли подойти ближе: насмерть стояли защитники, и не было кораблям и крылатым покоя от сорока сороков свечей, сбивавших коней и людей в воздухе золотым звоном, от которого рассыпались в прах паруса и крылья.
Сказал кесарь травам: «Берите души, научите летать меня и моих людей». Сказали травы: «Давно бы так!» - но было от этого больше вреда, чем пользы, ибо защитники не привыкли к полету: многие разбивались сразу же, но и от тех, кто выжил, толку было немного, поскольку люди и травы видят мир по-разному, и не должно пересекаться их путям.
Подошла к внутреннему кольцу река Хэлка, сжала его в своих объятиях, пытаясь сломать, изогнулась десятком рукавов. Испугался кесарь и велел бросить в реку травы, чтобы отравить реку. Возмутились травы, но было поздно. Поглотила их река, но не взлетела, поскольку была и древнее, и мудрее их. Пошли радугой воды реки, и уснула река Хэлка.
Сказали пришельцы: «Нет преступления хуже, чем отравить живую реку!» Погребли они реку Хэлку, и дали спящей реке имя Москва, «погребенная вода, топь» на языке Финляндии и Лапландии, от реки Москвы и назвали нашу землю Москворечьем. До сих пор иногда просыпается река Хэлка и творит дела чудные и славные, но тихие.
Увидел кесарь, что проиграл он войну в воздухе, и взмолился солнцу: «Солнце, не оставь своего сына! Видишь, как дрожит Летучий Остров Фру под твоими лучами? Видишь, как пригибает остров к земле их тяжесть? Только ночью, отдавая скопившиеся лучи Луне, остров воспаряет вновь. Останься на небе после заката, чтобы рухнул Остров!»
Вышел кесарь на главную площадь и простер руки к солнцу: «Солнце, остановись!» Замерло солнце, и обрушились его лучи на Летучий Остров Фру. Пригнулся остров к земле и почти уже стал досягаем для свечей, стороживших его снизу и ревновавших к его славе. Понял первосвященник, что осталось ему жить несколько часов, и опечалтился.
Увидели защитники Цитадели, что солнце стоит, и поняли, что время остановлено. Собрались они против кесаря, обманувшего их, и хотели его убить. Сказал кесарь людям, которые заикались: «Постригите меня в иноки, чтобы не убили меня псоглавцы и овцеглавцы». Так те и поступили, поскольку инок не может ни править, ни быть убитым.
Разыскали пришельцы и защитники кесаря и сказали солнцу: «Жизнь твоего сына в наших руках, ступай». Зашло солнце. Тщетно кричал кесарь, что он инок. Солнце не знало, что это такое, люди же молчали, а заикавшиеся не смогли объяснить солнцу этого внятно. Пошли люди к первосвященнику и сказали: «Суди кесаря, по слову твоему казним его».
Сказал первосвященник: «Нет в нем вины, ибо делал он то, что считал должным. Да вернется он на царство и да правит теми, кто ему верен, ибо есть и такие, а я чту их».
Обрадовался кесарь и сказал: «Поклон тебе, правосудием твоим возвращаюсь я на царство». Сказали остальные: «Не может он вернуться на царство, ибо пострижен в иноки».
Сказал первосвященник: «Виновен ты дважды: что предал верных тебе, постригшись, и что предал себя самого, согласившись вернуться на царство». Сказал кесарь: «Не предателю судить предателя». Сказал первосвященник: «За первое да судят тебя те, кто заикается, за второе да судишь ты себя сам».
Сказали заикавшиеся: «Не нам судить того, кому мы верны». Сказал кесарь: «Осудите ли меня за третье предательство?» Сказали заикавшиеся: «Нет». Сказал кесарь: «Во втором признаю себя виновным, ибо предал себя из страха, и требую кары».
Сказали псоглавцы: «Да умрет он, чтобы утолить нашу ярость!». Сказали овцеглавцы: «Да умрет он, чтобы мученической кончиной искупить свои преступления». Сказали пришельцы: «Да умрет он для нашей славы!» Сказал первосвященник: «Мало смерти ему. Да станет ему карой самая страшная: изгнание!»
Сказал кесарь: «Вот смотри: стоят люди со всех земель, пришедшие воевать со мной: какая же земля примет меня?» Сказал первосвященник: «Летучий Остров Фру!
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
timeasmymeasure
11.
Date: 2006-11-25 11:48 am (UTC)Сказал кесарь овцеглавцам: «Деритесь, ибо пришельцы считают, что ведут правую войну. Если они победят, о вас будут злословить так же, как вы о псоглавцах, вы этого хотите?»
Встали овцеглавцы на стены, безропотно снося приступ за приступом, и стояли бесстрашно под градом камней, стрел, лучей и пуль, гордясь своей правотой.
Сказали пришельцы кесарю: «Верни в город время и примирись с первосвященником, иначе разрушим мы Цитадель». Сказал кесарь: «Что мне в Цитадели? Входите и разрушайте. Многие входили в нее, и все стали как ее жители». Поверили многие и пришельцы и вошли, силой или волей, опустились у них руки в безвременье, и увяли души.
Сказали псоглавцы и овцеглавцы кесарю: «Выпусти нас из Цитадели всех, чтобы мы одним ударом разбили неприятеля! Чем дольше мы медлим, тем больше они разрушают наших домов». Испугался кесарь, что не вернутся его люди в безвременье, и сказал: «Что вам в разрушенных домах? Вы служите мне, а не Цитадели, какое вам дело в ней?»
Сказала Цитадель: «Почему враги мои любят и чтят меня более, чем мои защитники?» остановила Цитадель вращение, и рухнули с размаха стены ее. До сих пор можно увидеть огромную стену, покрытую густым слоем осадной смолы, лежащую плашмя под колесами повозок, опоясавшую огромные земли, где стоят сорок городов Москворечья.
12.
Date: 2006-11-25 11:50 am (UTC)Осталось безвременье лишь во внутреннем кольце, в тени Летучего Острова Фру. Со всех сторон окружили его пришельцы, но не могли подойти ближе: насмерть стояли защитники, и не было кораблям и крылатым покоя от сорока сороков свечей, сбивавших коней и людей в воздухе золотым звоном, от которого рассыпались в прах паруса и крылья.
Сказал кесарь травам: «Берите души, научите летать меня и моих людей». Сказали травы: «Давно бы так!» - но было от этого больше вреда, чем пользы, ибо защитники не привыкли к полету: многие разбивались сразу же, но и от тех, кто выжил, толку было немного, поскольку люди и травы видят мир по-разному, и не должно пересекаться их путям.
Подошла к внутреннему кольцу река Хэлка, сжала его в своих объятиях, пытаясь сломать, изогнулась десятком рукавов. Испугался кесарь и велел бросить в реку травы, чтобы отравить реку. Возмутились травы, но было поздно. Поглотила их река, но не взлетела, поскольку была и древнее, и мудрее их. Пошли радугой воды реки, и уснула река Хэлка.
Сказали пришельцы: «Нет преступления хуже, чем отравить живую реку!» Погребли они реку Хэлку, и дали спящей реке имя Москва, «погребенная вода, топь» на языке Финляндии и Лапландии, от реки Москвы и назвали нашу землю Москворечьем. До сих пор иногда просыпается река Хэлка и творит дела чудные и славные, но тихие.
13.
Date: 2006-11-25 11:51 am (UTC)Вышел кесарь на главную площадь и простер руки к солнцу: «Солнце, остановись!» Замерло солнце, и обрушились его лучи на Летучий Остров Фру. Пригнулся остров к земле и почти уже стал досягаем для свечей, стороживших его снизу и ревновавших к его славе. Понял первосвященник, что осталось ему жить несколько часов, и опечалтился.
Увидели защитники Цитадели, что солнце стоит, и поняли, что время остановлено. Собрались они против кесаря, обманувшего их, и хотели его убить. Сказал кесарь людям, которые заикались: «Постригите меня в иноки, чтобы не убили меня псоглавцы и овцеглавцы». Так те и поступили, поскольку инок не может ни править, ни быть убитым.
Разыскали пришельцы и защитники кесаря и сказали солнцу: «Жизнь твоего сына в наших руках, ступай». Зашло солнце. Тщетно кричал кесарь, что он инок. Солнце не знало, что это такое, люди же молчали, а заикавшиеся не смогли объяснить солнцу этого внятно. Пошли люди к первосвященнику и сказали: «Суди кесаря, по слову твоему казним его».
14.
Date: 2006-11-25 11:53 am (UTC)Обрадовался кесарь и сказал: «Поклон тебе, правосудием твоим возвращаюсь я на царство». Сказали остальные: «Не может он вернуться на царство, ибо пострижен в иноки».
Сказал первосвященник: «Виновен ты дважды: что предал верных тебе, постригшись, и что предал себя самого, согласившись вернуться на царство». Сказал кесарь: «Не предателю судить предателя». Сказал первосвященник: «За первое да судят тебя те, кто заикается, за второе да судишь ты себя сам».
Сказали заикавшиеся: «Не нам судить того, кому мы верны». Сказал кесарь: «Осудите ли меня за третье предательство?» Сказали заикавшиеся: «Нет». Сказал кесарь: «Во втором признаю себя виновным, ибо предал себя из страха, и требую кары».
Сказали псоглавцы: «Да умрет он, чтобы утолить нашу ярость!». Сказали овцеглавцы: «Да умрет он, чтобы мученической кончиной искупить свои преступления». Сказали пришельцы: «Да умрет он для нашей славы!» Сказал первосвященник: «Мало смерти ему. Да станет ему карой самая страшная: изгнание!»
Сказал кесарь: «Вот смотри: стоят люди со всех земель, пришедшие воевать со мной: какая же земля примет меня?» Сказал первосвященник: «Летучий Остров Фру!