![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiirТезисы Натальи Сергеевны, опубликованные в Польше полвека назад и неожиданно получившие актуальность сейчас: "Библейский сюжет о царе Навуходоносоре и трёх отроках в русский культуре XVII в".
1. Библейский сюжет о царе Навуходоносоре и чуде спасения трёх отроков, отказавшихся поклониться золотому идолу и не сгоревших в печи, куда они были брошены по приказу царя (Книга пророка Даниила, III) – один из самых используемых в христианской литературе Средневековья, так как он символически связан с праздником Рождества Христова. Тема трёх отроков постоянна для гимнографии: каждый церковный канон содержит строки из песни трёх отроков. В практике русской церкви вплоть до второй половины XVII в., кроме службы в день их памяти (17 декабря, за неделю до Рождества), существовал специальный церковный чин – «Пещное действо», разыгрывавшееся в церкви.
2. Другой аспект этого сюжета был неразрывно связан с темой царской власти: Навуходоносор и Вавилонское царство выступают в общественном сознании средневекового русского общества как символы мировой монархии и абсолютной власти. Отдельные мотивы библейской саги о Навуходоносоре используются в политико-легендарных сюжетах московских повестей XV – начала XVI вв. (Сказание о Вавилонском царстве, Повесть о царице Динаре), в политических сочинениях XVII в. (Николай Спафарий и др.)
3. Одновременно тема Навуходоносора была связана с важной для христианской публицистики темой царя-мучителя (Иосиф Волоцкий). Именно этот аспект темы особенно активно разрабатывался в XVII в., в период установления абсолютной монархии, развития мощного движения протеста низов против церковных и государственных реформ царя Алексея Михайловича и патриарха Никона. В сочинениях старообрядческих полемистов (протопопа Аввакума, священника Лазаря, Игнатия Соловецкого, Епифания Пелшемского и др.) многочисленны сопоставления современной действительности с эпохой правления Навуходоносора, гонимых и преследуемых за веру старообрядцев – с тремя отроками, не отрекшимися от Господа, царя Алексея Михайловича – с самим вавилонским царём. Библейская символика актуализировалась в политических аллюзиях старообрядческих публицистов. «Сюжеты и символы Московского царства» (М. Б. Плюханова) существенно дополнялись иной символикой, соответствующей политическим и нравственным представлениям «простецов» XVII в., противостоящих идеологии абсолютизма и действиям царя-мучителя.
4. В 1673-1674 гг. на материале Книги пророка Даниила для придворного театра царя Алексея Михайловича создаётся специальная стихотворная пьеса Симеона Полоцкого О царе Навуходоносоре, теле злате и трех отроцех, в пещи не сожженных (она вошла в его сборник Рифмологион). Замысел Симеона Полоцкого декларируется в Прологе: история царя-тирана будет представлена на сцене добродетельному русскому «царю-солнцу» Алексею Михайловичу. Однако в самой драматической разработке сюжета Симеон Полоцкий полностью следовал не только технике, но и идеям назидательных «школьных драм», создавая фактически инсценировку библейского текста, центральная тема которой – тема чуда и раскаяния нечестивого царя.
5. Близкое по времени исчезновение из церковной практики во второй половине XVII в. чина «Пещного действа» (точная дата неизвестна) и написание пьесы О царе Навуходоносоре Симеоном Полоцким (1673-1674 гг.) позволили исследователям (О. А. Державина, А. М. Панченко) предположить наличие связи между этими двумя событиями и увидеть причину произошедшей замены в изменении культурных интересов и вкусов русского общества.
6. Исторические обстоятельства 70-х гг. XVII в. убеждают, однако, в том, что изменение вкусов русского общества было не единственной причиной исчезновения «пещного действа» из церковной практики. Жестокие репрессии и особенно показательные казни старообрядцев сожжением (в срубе на костре и т.п.), начатые правительством царя Алексея Михайловича после церковного собора 1667 г. и стимулировавшие новые волны протеста низов русского общества, способствовали, по-видимому, отказу церкви от этого действа, освященного старинной культурной традицией (аналогичным образом из текста Зрелища театра человеческого А. Винеуса в издании 1721 г. была исключена басня О птице Финиксе – сюжет, вызывавший, по-видимому, аллюзии с начавшимся самосожжениями старообрядцев).
1. Библейский сюжет о царе Навуходоносоре и чуде спасения трёх отроков, отказавшихся поклониться золотому идолу и не сгоревших в печи, куда они были брошены по приказу царя (Книга пророка Даниила, III) – один из самых используемых в христианской литературе Средневековья, так как он символически связан с праздником Рождества Христова. Тема трёх отроков постоянна для гимнографии: каждый церковный канон содержит строки из песни трёх отроков. В практике русской церкви вплоть до второй половины XVII в., кроме службы в день их памяти (17 декабря, за неделю до Рождества), существовал специальный церковный чин – «Пещное действо», разыгрывавшееся в церкви.
3. Одновременно тема Навуходоносора была связана с важной для христианской публицистики темой царя-мучителя (Иосиф Волоцкий). Именно этот аспект темы особенно активно разрабатывался в XVII в., в период установления абсолютной монархии, развития мощного движения протеста низов против церковных и государственных реформ царя Алексея Михайловича и патриарха Никона. В сочинениях старообрядческих полемистов (протопопа Аввакума, священника Лазаря, Игнатия Соловецкого, Епифания Пелшемского и др.) многочисленны сопоставления современной действительности с эпохой правления Навуходоносора, гонимых и преследуемых за веру старообрядцев – с тремя отроками, не отрекшимися от Господа, царя Алексея Михайловича – с самим вавилонским царём. Библейская символика актуализировалась в политических аллюзиях старообрядческих публицистов. «Сюжеты и символы Московского царства» (М. Б. Плюханова) существенно дополнялись иной символикой, соответствующей политическим и нравственным представлениям «простецов» XVII в., противостоящих идеологии абсолютизма и действиям царя-мучителя.
4. В 1673-1674 гг. на материале Книги пророка Даниила для придворного театра царя Алексея Михайловича создаётся специальная стихотворная пьеса Симеона Полоцкого О царе Навуходоносоре, теле злате и трех отроцех, в пещи не сожженных (она вошла в его сборник Рифмологион). Замысел Симеона Полоцкого декларируется в Прологе: история царя-тирана будет представлена на сцене добродетельному русскому «царю-солнцу» Алексею Михайловичу. Однако в самой драматической разработке сюжета Симеон Полоцкий полностью следовал не только технике, но и идеям назидательных «школьных драм», создавая фактически инсценировку библейского текста, центральная тема которой – тема чуда и раскаяния нечестивого царя.
5. Близкое по времени исчезновение из церковной практики во второй половине XVII в. чина «Пещного действа» (точная дата неизвестна) и написание пьесы О царе Навуходоносоре Симеоном Полоцким (1673-1674 гг.) позволили исследователям (О. А. Державина, А. М. Панченко) предположить наличие связи между этими двумя событиями и увидеть причину произошедшей замены в изменении культурных интересов и вкусов русского общества.
6. Исторические обстоятельства 70-х гг. XVII в. убеждают, однако, в том, что изменение вкусов русского общества было не единственной причиной исчезновения «пещного действа» из церковной практики. Жестокие репрессии и особенно показательные казни старообрядцев сожжением (в срубе на костре и т.п.), начатые правительством царя Алексея Михайловича после церковного собора 1667 г. и стимулировавшие новые волны протеста низов русского общества, способствовали, по-видимому, отказу церкви от этого действа, освященного старинной культурной традицией (аналогичным образом из текста Зрелища театра человеческого А. Винеуса в издании 1721 г. была исключена басня О птице Финиксе – сюжет, вызывавший, по-видимому, аллюзии с начавшимся самосожжениями старообрядцев).
