![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiirДо Москвы "путём наибольшего сопротивления" доехало двенадцать человек: героический водитель, два журналиста (в том числе - та самая леди, которую я незаслуженно обругал за грехи её коллег), семь наблюдателей и два "подкидыша".
На марш мы опоздали безвозвратно: к Октябрьской, на Поганище, прибыли в 17.00. Шествие уже давно прошло, так что я впервые в жизни прогулялся по центральной оси полностью безлюдной московской улицы, перегороженной разнообразной строительной техникой. (Через сутки я увижу, что это ещё не предел: Москва способна быть ещё безлюднее, когда в центр перестают пускать не только машины, но и пешеходов). "Москва пуста: вослед за Патриархом к монастырю пошёл и весь народ".
Чемоданную роспись пришлось отменить: эмаль сохнет полтора часа, а у на было минус два. Чемоданы остались на станции Марк Культурный, а краска стала серьёзной обузой при проходе через рамки. Банку с эмалью и три баллончика с краской - красно-вишнёвой, сине-пурпурно и фосфорно-зелёной люминицентной - я подарил двум вовремя попавшимся мне на пути радужным девушкам (не геральдически-радужным, которые уже были в колонне, а собиравшимся на Радугу, а потому не собиравшимся на митинг). Выяснилось, что одна из них как раз захотела расписывать стены комнаты.
Народ оказался только у мота на Болотную. Вся сцена - поистине шекспировская - представляла собой подмостки: речка с фонтанами посередине, Каменный Мост справа, Цветочный Мост слева, две набережные между мостами: Внутренняя, на острове, и Внешняя, под башенкой-ротондой со стороны Пустой Улицы. Все они были запружены народом так, что не представлялось возможным оценить число собравшихся.
Людей из первого автобуса, "Еретика Аввакума", мы заметили сразу же при входе на мост. Баннер "ПИТЕР ПРОТИВ ПУТИНА", привезённый машинами-разведчиками и растянутый на перилах Каменного моста, я заметил только тогда, когда оказался уже на Болотной.
- Теперь я понимаю, почему ты не поехал с нами на лесопосадки - сказал я лорду Астериску, неожиданно встреченному мной именно на этом мосту.
Мы договорились встретиться в девять вечера у башенки на углу, как бы нас ни разметало во время митинга (в тот момент мы ещё полагали, что мирного) - и вошли в толпу.
На марш мы опоздали безвозвратно: к Октябрьской, на Поганище, прибыли в 17.00. Шествие уже давно прошло, так что я впервые в жизни прогулялся по центральной оси полностью безлюдной московской улицы, перегороженной разнообразной строительной техникой. (Через сутки я увижу, что это ещё не предел: Москва способна быть ещё безлюднее, когда в центр перестают пускать не только машины, но и пешеходов). "Москва пуста: вослед за Патриархом к монастырю пошёл и весь народ".
Чемоданную роспись пришлось отменить: эмаль сохнет полтора часа, а у на было минус два. Чемоданы остались на станции Марк Культурный, а краска стала серьёзной обузой при проходе через рамки. Банку с эмалью и три баллончика с краской - красно-вишнёвой, сине-пурпурно и фосфорно-зелёной люминицентной - я подарил двум вовремя попавшимся мне на пути радужным девушкам (не геральдически-радужным, которые уже были в колонне, а собиравшимся на Радугу, а потому не собиравшимся на митинг). Выяснилось, что одна из них как раз захотела расписывать стены комнаты.
Народ оказался только у мота на Болотную. Вся сцена - поистине шекспировская - представляла собой подмостки: речка с фонтанами посередине, Каменный Мост справа, Цветочный Мост слева, две набережные между мостами: Внутренняя, на острове, и Внешняя, под башенкой-ротондой со стороны Пустой Улицы. Все они были запружены народом так, что не представлялось возможным оценить число собравшихся.
Людей из первого автобуса, "Еретика Аввакума", мы заметили сразу же при входе на мост. Баннер "ПИТЕР ПРОТИВ ПУТИНА", привезённый машинами-разведчиками и растянутый на перилах Каменного моста, я заметил только тогда, когда оказался уже на Болотной.
- Теперь я понимаю, почему ты не поехал с нами на лесопосадки - сказал я лорду Астериску, неожиданно встреченному мной именно на этом мосту.
Мы договорились встретиться в девять вечера у башенки на углу, как бы нас ни разметало во время митинга (в тот момент мы ещё полагали, что мирного) - и вошли в толпу.
