Лучший подарок - человек.

[miiir]

Кажется, нужно прояснить, за что именно я благодарен Виктору Леонидовичу Топорову - и почему намерен защищать его и впредь.

Давным-давно мы с Белой, моим Первым Врагом, писали задания по литературной критике и редактированию: рецензии на недавно вышедшие книги. Белая подсунула мне "Бом-Бом" Крусанова; моя рецензия получилась злой, но довольно точной. Белая прочитала и удивилась: "Ты, мой дорогой Враг, оказался самым злобным критиком города: злее самого Виктора Леонидовича Топорова!"

Не прошло и суток, как Топоров восстановил в глазах Белой свой титул "самого злого". Для этого ему даже не пришлось браться за перо: Топоров всего лишь взял мою рецензию, привёз её Павлу Павичу Крусанову и полюбовался произведённым эффектом. Об эффекте Топоров рассказал нам с Белой на следующем же занятии, и я изумился красоте и экономичности шахматного хода.

Ход был ценен именно тем, что безупречно вписывался в канон Высокой Вражды, заинтересовавший Белую за полтора года, а меня - года за три до этого. С точки зрения Высокой Вражды всё равно, хвалишь ты или ругаешь противника; важно другое: отвечаешь ты противнику или молчишь, игнорируя его. Этот принцип прописан открытым текстом у Довлатова в этюде про рецензии.

Принцип оказался особенно важен в сетевых сварах, где бранная-запись-со-ссылкой - способ поддержки союзника, гораздо более эффективный, чем хвалебная-запись-со-ссылкой, поскольку "рейтинг известности" добывается сложнее, чем "рейтинг популярности". Маска "самого злого" оказалась удобна и тем, что его невозможно использовать для настоящего зла: http://miiir.livejournal.com/552627.html.

Сразу после этого я начал искать, каким бы чужим текстом ответить на этот ход Топорову, чтобы 1) отблагодарить Топорова, 2) отомстить Топорову, 3) показать, что Топоров не одинок в своём неразличении благодарности и мести. Ни одного текста, подходящего для подобной задачи, я не нашёл. Мне и в голову не приходило, что искать нужно не текст, а целого человека.

Теперь подобный человек найден: это bratkin, довольно точная копия самого Топорова. Лучшие стороны Топорова - "никогда с большинством", "удар плашмя хуже удара клинком" и "гедонизм в обращении с информповодами" - Браткин унаследовал полностью. Худших сторон в Топорове я не вижу, а потому не вижу их и в Браткине, столь же смелом, едком, не брезгливом, внутренне честном, негибком и чётко отделяющим "живое" от "неживого".

Что почувствует Топоров, рассматривая подаренного ему на 65-летие Браткина (http://miiir.livejournal.com/551877.html)? Наверное, 1) радость, 2) гнев, 3) азарт как смесь радости и гнева, неразличимых под нужным нам углом зрения. Радость, что он воспитал ученика заочно. Гнев, что этот ученик - пародия на него и автор пародии на него одновременно. Азарт борьбы и Высокой Вражды. Всё то, что Топоров читал на лице Крусанова, и всё то, что стремится Топоров вызвать в бранимых им литераторах.

Что чувствует Браткин? Наверное, то же самое, раз он уже неделю, не просыхая и не прерываясь на менее важные дела, юбилейно бранит Топорова, выискивая и бичуя в нём свои собственные черты. Друзей Браткина эта сатира не впечатлит, поскольку эти черты Браткина их в Браткине не раздражают, а вот врагов - похожих на него и обладающих теми же чертами - заденет. Но вражда - дело правильное. Не всем же враждавать с Белой; кому-то - и с Топоровым.

Лучший подарок - человек, а не книга: книги уже давно ничему не учат, - с того самого момента, как стали безопасны.