Красное знамя труда
Jun. 17th, 2005 04:17 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiirПланы императрицы Екатерины в отношении внуков были обширны и суровы. Старшего, Александра Павловича, она готовила для российского престола, Младшего, Константина Павловича, – для престола константинопольского, который матушка-императрица собиралась водрузить на развалинах Османской империи. Даже имя ребёнку подобрали соответствующее: Константин.
Воспитывала бабка детей сурово, в республиканских убеждениях. Заставляла изучать ремёсла, в том числе – дело маляров, столяров, камнерезов и штукатуров. Знал бы это некий выпускник лицея, у которого в графе «Русский и Латинский языки» значилось «В русском познания НЕ СТОЛЬКО ТВЕРДЫ, СКОЛЬКО БЛИСТАТЕЛЬНЫ», – не обзывался бы, наверное, «властитель слабый и лукавый, плешивый щёголь, враг труда»: в Лицее штукатурного ремесла не преподавали…
А пока оба мальчика были маленькими, с них рисовали портреты, чтобы те не забыли, кем должны стать, когда вырастут. Старший – юный Александр Македонский, кромсающий сабелькой бахрому от кресла – Гордиев Узел. «Будь на троне ЧЕЛОВЕК» – призывал его некий одописец. Человеком Александр стал; это и злоязычный лицеист засвидетельствовал: «Он… человек: им властвует мгновенье, он раб молвы, сомнений и страстей…» Македонским – не стал: человеческое, слишком человеческое…
Младший же, Константин, потом будет, как и задиристый лицеист, уверять всех, что он, дескать, тоже мог бы оказаться на сенатской площади; обоим верить не будут. А пока юный Константин держит в руках знамя всего православного мира: огромный римский вымпел, по красному шелку которого вышит золотой крест с четырьмя тонкими Т-образными лучами. Однако полотнище на картине изгибается, и изящный золотой крест на алом поле превращается в стилизованные серп и молот.
Не верите – посмотрите сами!
Воспитывала бабка детей сурово, в республиканских убеждениях. Заставляла изучать ремёсла, в том числе – дело маляров, столяров, камнерезов и штукатуров. Знал бы это некий выпускник лицея, у которого в графе «Русский и Латинский языки» значилось «В русском познания НЕ СТОЛЬКО ТВЕРДЫ, СКОЛЬКО БЛИСТАТЕЛЬНЫ», – не обзывался бы, наверное, «властитель слабый и лукавый, плешивый щёголь, враг труда»: в Лицее штукатурного ремесла не преподавали…
А пока оба мальчика были маленькими, с них рисовали портреты, чтобы те не забыли, кем должны стать, когда вырастут. Старший – юный Александр Македонский, кромсающий сабелькой бахрому от кресла – Гордиев Узел. «Будь на троне ЧЕЛОВЕК» – призывал его некий одописец. Человеком Александр стал; это и злоязычный лицеист засвидетельствовал: «Он… человек: им властвует мгновенье, он раб молвы, сомнений и страстей…» Македонским – не стал: человеческое, слишком человеческое…
Младший же, Константин, потом будет, как и задиристый лицеист, уверять всех, что он, дескать, тоже мог бы оказаться на сенатской площади; обоим верить не будут. А пока юный Константин держит в руках знамя всего православного мира: огромный римский вымпел, по красному шелку которого вышит золотой крест с четырьмя тонкими Т-образными лучами. Однако полотнище на картине изгибается, и изящный золотой крест на алом поле превращается в стилизованные серп и молот.
Не верите – посмотрите сами!
