Почти полчаса беседовал по телефону с Танюшкой, которая жаловалась на жизнь, и особенно - на то, что они с мартышками живут слишком далеко от Петербурга. Рассказывала о том, что они однажды даже ночевали в палатках в гроте Петергофа, потому что Петергоф ближе к Петербургу, чем Ораниенбаум, и нельзя упускать случая пожить поближе к центру, пусть и недолго.
Сначала было неудобно, что я почти ничего не рассказываю - и только поддакиваю, чтобы поддержать разговор.
Потом поймал себя на том, что заснул на середине телефонного разговора, и встал на ноги, чтобы больше не засыпать.
Потом обнаружил, что разговариваю без телефонной трубки вовсе; и только после этого - проснулся и понял, что никакого разговора и не было.
Очень похоже на сон неделю назад: тот закончился, когда я в попрощался со всеми действующими лицами: объявил, что очень устал и хочу немного подремать. И, по законам подлости, не заснул внутри сна, а, наоборот, проснулся.
Сначала было неудобно, что я почти ничего не рассказываю - и только поддакиваю, чтобы поддержать разговор.
Потом поймал себя на том, что заснул на середине телефонного разговора, и встал на ноги, чтобы больше не засыпать.
Потом обнаружил, что разговариваю без телефонной трубки вовсе; и только после этого - проснулся и понял, что никакого разговора и не было.
Очень похоже на сон неделю назад: тот закончился, когда я в попрощался со всеми действующими лицами: объявил, что очень устал и хочу немного подремать. И, по законам подлости, не заснул внутри сна, а, наоборот, проснулся.