Поджигатель. Штрихи к портрету.
Jul. 10th, 2016 08:16 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiir- Я почему храм Артемьевне спалил? - говорит Никола, наливая мне чудесного клюквенного морса. - Потому, что влюблён в неё был по уши! Я же тогда не знал, что она инокиня, по своему, языческому обычаю. И про трудность ремесла её не знал, пока сам не взялся за то же дело. А теперь я всё знаю, и к Артемьевне со всем почтением отношусь. Зарок есть зарок, дело святое.
- Это в первый раз. А второй раз зачем, через семь веков? - спрашиваю я с напускной строгостью: как-никак, представляю интересы брата обиженной. Обоим понятно, что речь идёт не столько о двух приведённых в негодность храмах, а о Севере, где Никола оказался главным богом в обход обоих братьев. Но все понимают, что текущее положение дел всех устраивает, и поэтому мы просто пьём клюквенный морс.
- В первый раз она на меня не рассердилась, наоборот: одарила славой. И во второй раз одарила, хотя вторая слава и пожиже была. Я и понял: когда кому-то храм жгут, это большая польза: о погорельце люди сразу вспоминают, а памятью людской мы живы. А то стоит храм, а в соседней же земле о нём и не знают. А как сгорит - так сразу на весь мир слава.
- А если бы Артемьевна тебе храм спалила, ты бы тоже ей спасибо сказал?
- А где у меня храмы? Нет у меня храмов. Все храмы Отчие, а я что? Я - так... Вторая иконка в третьем ряду, как сейчас у вас, юзеров компьютерных, говорят...
- Третья иконка во втором, ага!
- Я своё место знаю. А Артемьевне поклон, люблю её по-прежнему, понадобится - и в третий раз храм спалю. И братцу её, мышиному богу, поклон; помню его неплохо... А ты наливай морс, не стесняйся. Он у меня от святого Власия, а он из ваших, из бывших...
Вот как с таким говорить?
PS: В легенде из белорусского Полесья говорится, что «сьвяты Микола не тольки старей за ўcix сьвятых, да мабыць и старшы над ими <…> Сьвяты Микола божы насьледник, як Бог памре, то сьв. Микалай чудатворец будзе багаваць, да не хто иншы».
- Это в первый раз. А второй раз зачем, через семь веков? - спрашиваю я с напускной строгостью: как-никак, представляю интересы брата обиженной. Обоим понятно, что речь идёт не столько о двух приведённых в негодность храмах, а о Севере, где Никола оказался главным богом в обход обоих братьев. Но все понимают, что текущее положение дел всех устраивает, и поэтому мы просто пьём клюквенный морс.
- В первый раз она на меня не рассердилась, наоборот: одарила славой. И во второй раз одарила, хотя вторая слава и пожиже была. Я и понял: когда кому-то храм жгут, это большая польза: о погорельце люди сразу вспоминают, а памятью людской мы живы. А то стоит храм, а в соседней же земле о нём и не знают. А как сгорит - так сразу на весь мир слава.
- А если бы Артемьевна тебе храм спалила, ты бы тоже ей спасибо сказал?
- А где у меня храмы? Нет у меня храмов. Все храмы Отчие, а я что? Я - так... Вторая иконка в третьем ряду, как сейчас у вас, юзеров компьютерных, говорят...
- Третья иконка во втором, ага!
- Я своё место знаю. А Артемьевне поклон, люблю её по-прежнему, понадобится - и в третий раз храм спалю. И братцу её, мышиному богу, поклон; помню его неплохо... А ты наливай морс, не стесняйся. Он у меня от святого Власия, а он из ваших, из бывших...
Вот как с таким говорить?
PS: В легенде из белорусского Полесья говорится, что «сьвяты Микола не тольки старей за ўcix сьвятых, да мабыць и старшы над ими <…> Сьвяты Микола божы насьледник, як Бог памре, то сьв. Микалай чудатворец будзе багаваць, да не хто иншы».
