![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiirПервый источник пацифистов - это люди, которые не хотят, чтобы их масло обменивали на не-совсем-их пушки. Экономические мотивы.
Таких мало, поскольку для этого нужна привычка к нормальной жизни. Таковой нет и взять неоткуда, поэтому нищета не заметна: её не с чем сравнивать.
Нейтрализуют их легко: натравливая на них тех, у кого ничего нет и кому нечего терять. Главная эмоция - зависть. Зависть, подогреваемая сверху, эффективна.
Итог: "Ты почему за мир? Чтобы пушки продать и икру есть? А вот я и при мире икру есть не буду, пусть она и тебе не достанется! Даёшь пушки!"
Второй источник пацифистов - люди, привыкшие идти поперёк моды. Поскольку у нас мода на войну, они активно выступают за мир, которого тоже не знают толком.
Эти товарищи - самые яркие и талантливые. Яркие - потому, что все свои силы бросают на то, чтобы не быть похожими на остальных. На остальное у них ресурсов не остаётся.
Обращать в свою веру окружающих им несподручно: если все станут как они, то зачем они потратили столько усилий на эпатаж, на выделение из общей массы?
Даже если они, повинуясь долгу или вкусу, с кем-нибудь заговорят, их воспримут как"чужих", а потому - не послушают. Эмоция - страх.
Третий источник - настоящие боевые офицеры, потерявшие по взводу каждый (а кто-то и по роте), прозревшие и основательно разозлённые. Типаж Льва Толстого.
Казалось бы, идеальные проводники мира: и сведения из первых рук, и авторитет, и убеждённость, и Правда, которая действительно в речи чувствуется. Однако их тоже не слушают.
Во-первых, их мало: не многие вернулись с поля. Немногочисленное не выглядит достоверным. Во-вторых, они военные, а штатские любители военных сводок не очень хорошо понимают военных.
Синтез - штатские прямо заявляют им:"Вы неудачники, раз военные и войны не любите, а вот кто умеет воевать - те войну хвалят, это - настоящие воины, мы их вчера по телевизору видели!"
Главная эмоция - презрение, замешанное на страхе оказаться не-настоящим в сравнении с ними. Презрение как защитный механизм - и конструирование "героев".
Четвёртый источник - детки, играющие в солдатиков В тот момент, когда они перестают играть в солдатики и начинают играть в солдатиков. Когда солдатики становятся одушевлёнными.
В Советском Союзе фигурки врагов не выпускались, так что красивые советские бойцы в детских играх убивали красивых советских бойцов. Как в воду глядели.
В тот момент, когда игроку становится жалко своих убитых солдатиков, - этот игрок становится сильно уменьшенной, но копией боевого офицера из пункта три.
К детям, которым потери не позволяют обрадоваться победе, никак не относятся. Их просто игнорируют, хотя подобных детей и много. Эмоция - скука.
Может быть, есть и другие типы пацифистов, но я их не встречал.
Распознавать их можно и нужно по другим оттенкам эмоций мирного военного населения.
Таких мало, поскольку для этого нужна привычка к нормальной жизни. Таковой нет и взять неоткуда, поэтому нищета не заметна: её не с чем сравнивать.
Нейтрализуют их легко: натравливая на них тех, у кого ничего нет и кому нечего терять. Главная эмоция - зависть. Зависть, подогреваемая сверху, эффективна.
Итог: "Ты почему за мир? Чтобы пушки продать и икру есть? А вот я и при мире икру есть не буду, пусть она и тебе не достанется! Даёшь пушки!"
Второй источник пацифистов - люди, привыкшие идти поперёк моды. Поскольку у нас мода на войну, они активно выступают за мир, которого тоже не знают толком.
Эти товарищи - самые яркие и талантливые. Яркие - потому, что все свои силы бросают на то, чтобы не быть похожими на остальных. На остальное у них ресурсов не остаётся.
Обращать в свою веру окружающих им несподручно: если все станут как они, то зачем они потратили столько усилий на эпатаж, на выделение из общей массы?
Даже если они, повинуясь долгу или вкусу, с кем-нибудь заговорят, их воспримут как"чужих", а потому - не послушают. Эмоция - страх.
Третий источник - настоящие боевые офицеры, потерявшие по взводу каждый (а кто-то и по роте), прозревшие и основательно разозлённые. Типаж Льва Толстого.
Казалось бы, идеальные проводники мира: и сведения из первых рук, и авторитет, и убеждённость, и Правда, которая действительно в речи чувствуется. Однако их тоже не слушают.
Во-первых, их мало: не многие вернулись с поля. Немногочисленное не выглядит достоверным. Во-вторых, они военные, а штатские любители военных сводок не очень хорошо понимают военных.
Синтез - штатские прямо заявляют им:"Вы неудачники, раз военные и войны не любите, а вот кто умеет воевать - те войну хвалят, это - настоящие воины, мы их вчера по телевизору видели!"
Главная эмоция - презрение, замешанное на страхе оказаться не-настоящим в сравнении с ними. Презрение как защитный механизм - и конструирование "героев".
Четвёртый источник - детки, играющие в солдатиков В тот момент, когда они перестают играть в солдатики и начинают играть в солдатиков. Когда солдатики становятся одушевлёнными.
В Советском Союзе фигурки врагов не выпускались, так что красивые советские бойцы в детских играх убивали красивых советских бойцов. Как в воду глядели.
В тот момент, когда игроку становится жалко своих убитых солдатиков, - этот игрок становится сильно уменьшенной, но копией боевого офицера из пункта три.
К детям, которым потери не позволяют обрадоваться победе, никак не относятся. Их просто игнорируют, хотя подобных детей и много. Эмоция - скука.
Может быть, есть и другие типы пацифистов, но я их не встречал.
Распознавать их можно и нужно по другим оттенкам эмоций мирного военного населения.
