Sep. 8th, 2017
- А если зарок действует, и он его нарушит, то он что, во сне умрёт? - спрашивают грузчики.
- Не нарушит, - говорит Чехова уверенно. - Я закон знаю. Под эдиктом был тот Лес, который сгорел. После него тут был Клёс, который смотал. Этот Лес здесь уже после Клёса, и поэтому он уже не под эдиктом.
- А если это всё-таки тот же лес, что и до Клёса?
- Не умничайте. Грузите. Майна! Заодно и проверим...
Грузчики грузят спящего Кора посреди Каледонского Леса. Чехова снимает сонные чары.
- Кор, ты жив?
- Жив.
- Ты в Старом Лесу.
- Это не Старый Лес.
- Почему ты так уверен?
- В Старом Лесу было запрещено спать. А здесь я проснулся. Да и наверху ещё кто-то спит... Это - самый верный признак!
Занавес.
- Не нарушит, - говорит Чехова уверенно. - Я закон знаю. Под эдиктом был тот Лес, который сгорел. После него тут был Клёс, который смотал. Этот Лес здесь уже после Клёса, и поэтому он уже не под эдиктом.
- А если это всё-таки тот же лес, что и до Клёса?
- Не умничайте. Грузите. Майна! Заодно и проверим...
Грузчики грузят спящего Кора посреди Каледонского Леса. Чехова снимает сонные чары.
- Кор, ты жив?
- Жив.
- Ты в Старом Лесу.
- Это не Старый Лес.
- Почему ты так уверен?
- В Старом Лесу было запрещено спать. А здесь я проснулся. Да и наверху ещё кто-то спит... Это - самый верный признак!
Занавес.