"...оставшиеся в рукописи бумаги покойного получили особое, не зависящее от нас опекунов назначение..."
М. Виельгорский и Н. Атрешков, двое из опекунов над малолетними детьми и имуществом А. С. Пушкина, 16 февраля 1814 года". (Архив опеки Пушкина. М., 1939. С. 403).
Занавес.
К слову, Виельгорский и Атрешков суеверными не были: когда 20 февраля 1841 года они отдавали книгопродавцам Глазунову, Заикину и Крушинникову на комиссию уже отпечатанные Сочинения Пушкина, из 719 экземпляров они отдали книгопродавцам ровно 666! (Там же. С. 405).
Как сказала бы одна-моя-общая-знакомая, "наверное - не без умысла!".
М. Виельгорский и Н. Атрешков, двое из опекунов над малолетними детьми и имуществом А. С. Пушкина, 16 февраля 1814 года". (Архив опеки Пушкина. М., 1939. С. 403).
Занавес.
К слову, Виельгорский и Атрешков суеверными не были: когда 20 февраля 1841 года они отдавали книгопродавцам Глазунову, Заикину и Крушинникову на комиссию уже отпечатанные Сочинения Пушкина, из 719 экземпляров они отдали книгопродавцам ровно 666! (Там же. С. 405).
Как сказала бы одна-моя-общая-знакомая, "наверное - не без умысла!".