16.02.2015. Философская часть сказки о Колобке, рассказанной Марте людьми, причастными к её рождению

[miiir]

- Вот, к примеру, Колобок. Почему его не съедают?
- Он им песенку поёт.
- Хорошо. А что такого страшного в этой песенке?
- В песенке перечисляется, кто его не смог съесть.
- И что?
- И это намекает следующему персонажу, что Колобка есть не надо.
- Колобок передаёт ему опыт остальных персонажей, которые его, Колобка, не съели - и живы остались.
- А что именно страшного в том, чтобы съесть Колобка?
- А ты подумай!
- Это... луна?
- Забудь про луну. Точнее, помни, но держи это воспоминание на краю сознания. Что страшного в Колобке?
- Это... голова!
- Почему?
- По Михаилу Успенскому. "Это твой враг?" - "Нет, это мой ближайший друг и советчик!" Степняки услышали такое и сразу же посмотрели с уважением: как жесток многоборский князь!
- Да, отрубленная голова - это страшно. Но почему страшно её съесть? "Я пил из черепа отца" и всё такое...
- Потому что голова - это центр управления. Лицо, личность, идентичность. Вот ты, волк, съешь Колобка. Кто после этого останется: Волк или Колобок?
- Вопрос.
- Каждый из зверей - что поднимаются и падают с Луной! - решает для себя именно этот вопрос: если он съест Колобка, не станет ли он Колобком, а Колобок - им? Рационального решения проблемы не существует, остаётся азартное. А тут ещё и сам Колобок - для честности постановки проблемы - упоминает, как решали проблему предыдущие звери. И все пасуют, используя чужой опыт в решении неразрешимого вопроса.
- Кроме лисы. Лиса вистует.
- Да. Лиса на свой страх и риск решает, что может съесть Колобка остаться собой. Что не голова подчинит её, а она - голову. Лиса - это Жорж Батай. Она рискует - и выигрывает.
- А выигрывает ли?
- Резонный вопрос, Марта! По фабуле сказки - да, раз сказка завершается на ней.
- Но ведь сказка называется "Колобок", а не "Лиса"! следовательно, Лиса всё же становится частью Колобка.
- Вот и я об этом подумала!

Далее следует совсем уже эзотерическая сказка пророчицы Марты, переданная ею со слов, кажется, Юдифи, Раав и Руфи (не запоминаю женских имён!) и повествующая о квадратном Колобке. Если спросите - расскажу, но вопрошающий отвечает душою своею.

В ответ мне пришлось раскрыть карты и рассказать Марте о существовании пространства и о том, сколько станет углов, если один угол отрезать.

Comments

[daskalidi.livejournal.com]

Так, а сколько лет Марте, которой рассказывают про Жоржа Батая?

[miiir.livejournal.com]

500 лет.

Рано?

[daskalidi.livejournal.com]

Бессмысленно.
Сама уже знать должна.

[miiir.livejournal.com]

Это она написала письмо принцу Иосифу и указала в нём свой возраст: "пять с половиной и с четвертью". пятёрка; кружок, разделённый пополам; кружок, из которого вырезана четверть. Получилось 500. Я посмотрел - и поверил.

[daskalidi.livejournal.com]

Я тоже верю.
Только сколько тогда должно быть лет людям, причастным к рождению?

[miiir.livejournal.com]

Не думаю, что здесь уместно говорить о должном.

:-)

PS: Тем временем завтрашняя встреча накрывается: по состоянию моего здоровья. Увы.

[e9i6ehbka.livejournal.com]

прекрасно

[miiir.livejournal.com]

Добро пожаловать! Всегда рады циничным наблюдателям и особенно головотяпам.

[e9i6ehbka.livejournal.com]

а вот про головотяпа обидно было

[miiir.livejournal.com]

"Головотяп" - это минимальное требование к последователю Батая, норовившего оттяпать голову себе и философии.

[vetrar-megn.livejournal.com]

[miiir.livejournal.com]

О, да! Разоблачение картофеля и соблазнение яблок.

[miiir.livejournal.com]

Жорж Батат?

[vetrar-megn.livejournal.com]

Бататай. Когда-то, много лет назад, эта картинка была обозначена автором именно так.

[miiir.livejournal.com]

Браво!

А кто автор?

[vetrar-megn.livejournal.com]

Увы, это имя оказалось менее запоминающимся,
(ведь сказка называется «Колобок», а не «Лиса»! следовательно, Лиса всё же становится частью Колобка).

[festino1.livejournal.com]

Ага!

[vetrar-megn.livejournal.com]

Вот так пишет, к примеру, психолог Николай Чаур: О чем пел Колобок? Я хочу, чтобы все обо мне знали, какой я есть, из чего меня сделали и как я лихо от всех убегаю. <...> Что двигало Колобком дальше? Показать, какой он есть. Было неосознанное желание казаться себе сильным и найти свое место с позиций своей силы, не вечно же ему катиться. <...> Что погубило Колобка? Погубили Колобка любопытство и самоуверенность. Хочу узнать, какой я. Могу я быть волевой личностью и устанавливать со встречными отношения с позиций своей сильной воли?¹ Вывод, заложенный в сказку, по Чауру, довольно банален: дети, не бегайте от своих родителей, а то вас ожидают опасности.

Глубже подход Тимура Василенко: ...если ты еда, быть тебе съеденным. Сказка о неизбежности смерти. «Бытие-к-смерти» — вот как называют это философы <...> ...испытания Колобка не были инициацией, а поскольку в сказке, как и в мифе, нет ничего случайного в структуре, верно более сильное утверждение — инициации не существует, съедение (=смерть) Колобка неизбежно. Рано или поздно. Он может быть сколь угодно хитрым, сколь угодно резвым — все равно его кто-нибудь съест. <...> Для Колобка нормальная жизнь непредставима. «И стал он жить-поживать» — это не про него, такую жизнь ему не выдумаешь. Единственная форма его жизни — это бегство от смерти².

И, наконец, размышления, можно сказать, классика по части экзистенциальной интерпретации русской сказки, Владимира Холкина. Он находит в сказке драму художника: В истории Колобка, созданного из остатков, из пыли, из последних, впрочем, праздных усилий, — проговаривается непреклонная вера в обреченность лукавых игр с нею — с судьбой <...> петлистое путешествие Колобка — это история бегства. Бегства от судьбы, полное радостного желания ее обойти, перехитрить, объехать на кривой. <...> Судьба сподобила ему заманчивый, завораживающий, но и предостерегающе-опасный гостинец: дар самовыражения, порыв к творчеству. <...> Колобкова уверенность в себе, такая вначале стойкая, начинает исподволь превращаться в самоуверенность, а обнадежившая вдруг поэтическая удача — в поспешно опрометчивую и слегка заносчивую убежденность во всемогуществе слова <...> наделив его самоуверенностью и бахвальством, судьба лишает победителя двух важных чувств: опасливости и сомнения. Именно полная утрата этих чувств и решает его гибель в конце сказки. <...> Колобок искушен: бегство его, благодаря добытому и уже освоенному опыту, превратилось (для него по крайней мере) в свободное романтическое путешествие. Путешествие тем более ценное, что своими «победно пройденными вехами» оно крепко удостоверяет свойство и умение слагать стихи как способность хранить и уберечь жизнь от беды. <...> На манок тонкого, изящного понимания Колобок-песнопевец откликается. Откликается, отзывается, но и окончательно глохнет к голосу судьбы. Платит же он за эту глухоту полновесно, безвозвратно и с лихвой — своею жизнью³.

http://magazines.russ.ru/continent/2008/135/ee1.html

[ob1-cannotbe.livejournal.com]

Что угодно, лишь бы не молодой месяц!