Прочь, непосвященные!
Jan. 20th, 2014 09:37 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiirВеликолепная дискуссия по поводу акции исаакиевцев в Мариинском театре помогла мне самому ответить на довольно непростой теоретический вопрос.
Этот вопрос задала Александра Касаткина: "Забавно, что критика нынешнего вида здания идет не в искусствоведческих терминах, а в бытовых и даже прямо скажем в виде простого обругивания... между тем здание представляет определенное направление в архитектуре и явно что-то хотело сказать..."
Итак, что хотел сказать горожанам автор проекта, архитектор здания?
Ранее я предполагал, что это образец клептоампира, в котором эстетизированы отрицательные величины: как в христианском предбарочном искусстве уродство и увечье тела свидетельствует о совершенстве и красоте в мире ином, как в хасидизме недостаток оборачивается достоинством, так и в клептоампире запечатленная в камне и стали кража стройматериалов свидетельствует о возведении из них прекрасного особняка в потустороннем мире, скрытом от непосвященных дачным забором. Даже, каюсь, прислушивался к людям, распускавшим слухи о том, что здание на самом деле не было достроено, и доводилось до ума на скорую руку. Но теперь я прозрел и, кажется, понял главную идею архитектора.
Эта идея - идея избранности.
"Прочь, непосвященные!"
Театр - храм искусств. Опера - высшее из них. Приличный человек отличается от неприличного тем, что ходит в оперу. Сегрегация происходит естественным путём, через приобщение к прекрасному, доступному лишь немногим. Поэтому идея, заложенная в облике театра, - идея красоты, сокрытой от непосвященных.
Как выразить, что один и тот же предмет может представать и прекрасным, и безобразным в зависимости от того, кто на него смотрит?
Как показать, что человек, побывавший в опере, выходит оттуда облагороженным, очищенным душой и телом?
Именно так: обыграв противоречие двух точек зрения: снаружи ("точка зрения профана") и изнутри ("точка зрения посвященного"). Точка зрения первого - снизу вверх: на здание, отталкивающее, подавляющее и пугающее его, поглотившее несколько мелких домов и чуть ли не публично пережевывающее остатки их стен. Точка зрения второго - сверху вниз, на прекрасный город, лежащий у его ног, и именно с этой точки зрения здания не видно. Первые могут увидеть подлинный облик города с замечательной точки обзора, вторым же чувство прекрасного недоступно, - и архитектор напоминает им об этом: "Пока вы не войдёте в театр, вы неполноценны, и вы будете видеть только сарай - и ничего более!"
Теперь я понимаю, что хотел сказать архитектор нынешнего здания своим вдохновенным творением: он хотел показать, как именно сливки общества отделяются от общества.
Идея не нова: намёки на неё появились ещё в модерне, который решительно отверг построение дома "снаружи внутрь", "от фасада к интерьеру", и начал конструировать пространство "изнутри наружу", от воли заказчика - к форме строения, явленного своей внешней стороной тем людям, которые архитектору не заплатили. Сходные мысли высказывал и Анатолий Собчак, эталон петербургской интеллигентности, призывавший разделить городские пространства на общедоступные окраины и центр, отведённый высшему обществу. Если проект Политина подстраивает театр под облик окружающих его домов и пытается вписать здание в ансамбль, как это было принято в скучном, казённом Петербурге до эпохи модерна, то нынешний вид здания не только взрывает этот ансамбль, но и сохраняет его в себе, но - лишь для тех, кто смотрит изнутри. Это - идея приватизации в её предельном воплощении; попытка приватизации не муниципального имущества, не мёртвых камней, а самого зрения, самой способности видеть.
Любой, созерцающий элиту снаружи, поражается её жестокости, уродству и чванству, однако стоит человеку войти в эту элиту - и он начинает видеть её красоту изнутри, и это зрелище так захватывает его, что он уже не может вернуться к прежнему дикому состоянию. Представляющие политическую или иную элиту "чёрной дырой" не правы: внутри эта чёрная дыра искрится миллионами лучей, но никто не может рассказать об этом, потому что оттуда никто ещё не возвращался. В этом элитарность подобна самой Смерти.
Лишь элита, глядящая на мир изнутри и сверху, способна не только выбирать собственную точку зрения, но и отстаивать её. Именно поэтому она и элита. Прекрасное - удел сильных, а исключительный доступ к прекрасному - свидетельство силы. Победивший получает всё, и ему не важно, каким видят его побеждённые снаружи: изнутри он видит свои трофеи красивыми.
Искренне благодарю сотрудников Пушкинского Дома, указавших мне на то, какой прекрасный вид открывается со здания второй сцены Мариинского Театра на остатки городских ансамблей. Без этой подсказки я бы, наверное, никогда не додумался.
Этот вопрос задала Александра Касаткина: "Забавно, что критика нынешнего вида здания идет не в искусствоведческих терминах, а в бытовых и даже прямо скажем в виде простого обругивания... между тем здание представляет определенное направление в архитектуре и явно что-то хотело сказать..."
Итак, что хотел сказать горожанам автор проекта, архитектор здания?
Ранее я предполагал, что это образец клептоампира, в котором эстетизированы отрицательные величины: как в христианском предбарочном искусстве уродство и увечье тела свидетельствует о совершенстве и красоте в мире ином, как в хасидизме недостаток оборачивается достоинством, так и в клептоампире запечатленная в камне и стали кража стройматериалов свидетельствует о возведении из них прекрасного особняка в потустороннем мире, скрытом от непосвященных дачным забором. Даже, каюсь, прислушивался к людям, распускавшим слухи о том, что здание на самом деле не было достроено, и доводилось до ума на скорую руку. Но теперь я прозрел и, кажется, понял главную идею архитектора.
Эта идея - идея избранности.
"Прочь, непосвященные!"
Театр - храм искусств. Опера - высшее из них. Приличный человек отличается от неприличного тем, что ходит в оперу. Сегрегация происходит естественным путём, через приобщение к прекрасному, доступному лишь немногим. Поэтому идея, заложенная в облике театра, - идея красоты, сокрытой от непосвященных.
Как выразить, что один и тот же предмет может представать и прекрасным, и безобразным в зависимости от того, кто на него смотрит?
Как показать, что человек, побывавший в опере, выходит оттуда облагороженным, очищенным душой и телом?
Именно так: обыграв противоречие двух точек зрения: снаружи ("точка зрения профана") и изнутри ("точка зрения посвященного"). Точка зрения первого - снизу вверх: на здание, отталкивающее, подавляющее и пугающее его, поглотившее несколько мелких домов и чуть ли не публично пережевывающее остатки их стен. Точка зрения второго - сверху вниз, на прекрасный город, лежащий у его ног, и именно с этой точки зрения здания не видно. Первые могут увидеть подлинный облик города с замечательной точки обзора, вторым же чувство прекрасного недоступно, - и архитектор напоминает им об этом: "Пока вы не войдёте в театр, вы неполноценны, и вы будете видеть только сарай - и ничего более!"
Теперь я понимаю, что хотел сказать архитектор нынешнего здания своим вдохновенным творением: он хотел показать, как именно сливки общества отделяются от общества.
Идея не нова: намёки на неё появились ещё в модерне, который решительно отверг построение дома "снаружи внутрь", "от фасада к интерьеру", и начал конструировать пространство "изнутри наружу", от воли заказчика - к форме строения, явленного своей внешней стороной тем людям, которые архитектору не заплатили. Сходные мысли высказывал и Анатолий Собчак, эталон петербургской интеллигентности, призывавший разделить городские пространства на общедоступные окраины и центр, отведённый высшему обществу. Если проект Политина подстраивает театр под облик окружающих его домов и пытается вписать здание в ансамбль, как это было принято в скучном, казённом Петербурге до эпохи модерна, то нынешний вид здания не только взрывает этот ансамбль, но и сохраняет его в себе, но - лишь для тех, кто смотрит изнутри. Это - идея приватизации в её предельном воплощении; попытка приватизации не муниципального имущества, не мёртвых камней, а самого зрения, самой способности видеть.
Любой, созерцающий элиту снаружи, поражается её жестокости, уродству и чванству, однако стоит человеку войти в эту элиту - и он начинает видеть её красоту изнутри, и это зрелище так захватывает его, что он уже не может вернуться к прежнему дикому состоянию. Представляющие политическую или иную элиту "чёрной дырой" не правы: внутри эта чёрная дыра искрится миллионами лучей, но никто не может рассказать об этом, потому что оттуда никто ещё не возвращался. В этом элитарность подобна самой Смерти.
Лишь элита, глядящая на мир изнутри и сверху, способна не только выбирать собственную точку зрения, но и отстаивать её. Именно поэтому она и элита. Прекрасное - удел сильных, а исключительный доступ к прекрасному - свидетельство силы. Победивший получает всё, и ему не важно, каким видят его побеждённые снаружи: изнутри он видит свои трофеи красивыми.
Искренне благодарю сотрудников Пушкинского Дома, указавших мне на то, какой прекрасный вид открывается со здания второй сцены Мариинского Театра на остатки городских ансамблей. Без этой подсказки я бы, наверное, никогда не додумался.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2014-01-20 11:49 am (UTC)Тут кажется опечатка: "Идея не нова: намёки на неё появились ещё в модерне, который решительно отверг построение дома "изнутри наружу""
Видимо, в этом предложении должно быть "снаружи внутрь".
no subject
Date: 2014-01-21 11:34 am (UTC)Кисья Ересь по петербуржски.
Date: 2014-01-20 06:20 pm (UTC)Прочь, непосвященные!
Date: 2014-01-20 09:18 pm (UTC)no subject
Date: 2014-01-20 10:35 pm (UTC)Оскорбительные слова Собчака про то, чтобы выселить нечистую публику на окраины, памятны отдельно и истинно интеллигентны, кто бы спорил.
Порадуемся вместе с Вами и поблагодарим еще раз работников Пушк. Дома, что они подсказали, что если забраться высоко, откроется замечательный вид. Вы полагаете, что с такими аналитическими способностями Вам неопасно пускаться рассуждать об архитектуре?
no subject
Date: 2014-01-21 11:36 am (UTC)no subject
Date: 2014-01-20 10:44 pm (UTC)no subject
Date: 2014-01-21 11:34 am (UTC)no subject
Date: 2014-01-21 12:21 am (UTC)"
Эта идея - идея избранности.
"Прочь, непосвященные!"
"
следующее непосредственно за ним, исключая последний абзац с благодарностью.
Теперь я поясню:
"Театр - храм искусств. Опера - высшее из них." - первым делом выбираем произвольный критерий оценки человека, лучше, если он подходит к исходной теме.
"снаружи ("точка зрения профана") и изнутри ("точка зрения посвященного")" - сразу делим все человечество на 2 (два) класса плохих/хороших, стараясь при этом замаскировать гороизонтальный характер границы (потом проскользнет сверху/снизу).
"оттуда никто ещё не возвращался. В этом элитарность подобна самой Смерти" - теперь предупредим о непреодолимости выбранной границы, правда ее непроходимость снизу вверх не рассматривается, может просто забыто.
Написано красиво, даже с некоторым шиком. Правда весь текст "Театр - храм....видит свои трофеи красивыми." я бы поместил под кат "читать подробности" и добавил бы собственное отношение к утверждению, формулирующему идею архитектора. Там бы я не преминул напомнить о базовом восприятии общества таким "винтиком" - презирать тех кто внизу, бояться тех кто выше. Пожалеть "винтик" в связи с лишенностью вертикального общения - оно ему неинтересно, установлено должностной инструкцией. Привести примеры границ, построенным по другим критериям (быдло-элита, глупые-умные, бедные-богатые). Ну и, конечно, обсудил бы цитату "как именно сливки общества отделяются от общества" с точки зрения процесса всплытия канонически не тонущей субстанции.
no subject
Date: 2014-01-21 11:41 am (UTC)(((|__________|
(((|
no subject
Date: 2014-01-21 04:27 am (UTC)Идея храма, из которого смотрят наружу, забавна. Ведь в норме храм, в т.ч. искусства, вещь, открывающая выход не в дольний мир, а в надмирные выси. Так что наличие окон, из которых принято смотреть (не под потолком и не завешенных шторами), предполагает, действительно "конец маршрута" - выше уже некуда, над зрителем в этом десакрализованном храме никого нет. Теперь благодаря Вашему анализу я поняла, почему в Московском доме музыки в антрактах возникает ощущение, что пришла в цирк на Вернадского. При этом генетическая связь с Консерваторией теряется и как-то ждёшь уже от дирижёра каких-нибудь шуточек и каламбуров в духе циркового конферансье.
no subject
Date: 2014-01-21 11:42 am (UTC)no subject
Date: 2014-01-21 02:46 pm (UTC)no subject
Date: 2014-01-21 02:50 pm (UTC)no subject
Date: 2014-01-21 08:12 am (UTC)http://acomics.ru/~gwtb/63
no subject
Date: 2014-01-21 01:15 pm (UTC):-)
no subject
Date: 2014-01-21 11:22 am (UTC)no subject
Date: 2014-01-21 11:43 am (UTC):-)
no subject
Date: 2014-01-21 12:29 pm (UTC)no subject
Date: 2014-01-21 01:10 pm (UTC)no subject
Date: 2016-04-25 08:41 pm (UTC)И мне очень нравятся тамошние постмодерновые выверты в постановках. В сущности, ходить туда интереснее в десять раз, чем в Старый.
(забавно, по какой-то причине логин Лангри кажется мне очень знакомым, судя по всему, в какой-то из прошедших жизней были знакомы)
no subject
Date: 2016-04-26 09:13 am (UTC)Собственно, мы с Мышью и столкнулись во время акции с открытками без подписей.