08.04.2013. Новая Дверь.
May. 15th, 2013 04:37 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
miiir"Janua Nova" - учебник латыни, по которому мы учились.
@YannaNova - не менее ценный справочник по истории московской Ассамблеи.
В Москве всё было не так. Как именно - не знаю, поскольку говорили менее часа. Но здесь - бросающиеся в глаза различия.
1) Там не было должностных лиц (вернее, один человек совмещал несколько функций).
У нас сразу создали рабочие группы, каждая из которых постепенно усохла до полутора-двух человек, которые и оказались "крайними", то есть должностными лицами. Там процесс пошёл дальше: одного человека навьючивали задачами нескольких групп.
2) Там не было попытки регулярно контролировать что-либо за пределами лагеря.
С Исаакиевской с самого начала выбрасывались десанты, а тон задавали волонтёры. Там, наоборот, пытались сконцентрировать всех протестующих в одной точке, поскольку было несколько центров протеста (#ОккупайАбай, #ОккупайСуд, #ОккупайСК), которые довольно быстро начали перетягивать людей друг у друга и браниться.
3) Там почти не было разделения на дни, посвященные тем или иным темам.
У нас деление на дни возникло в тот момент, когда все осознали, что Ассамблея - это надолго, а люди хотят жить и работать, и приходить каждый день не могут. Там всё было больше похоже на Ассамблею 2011 года на Дворцовой площади: разные темы обсуждались не только в один день, но иногда и одновременно, в разных частях лагеря.
4) Спикера у москвичей называют "модератором", то есть главная задача их спикера - не составление расписания на неделю, а модерирование дискуссий.
У нас здесь всё оказалось удачнее: Лика довольно быстро сдала полномочия Колясику, а дисциплинированный и педантичный Колясик главной своей задачей считал не модерирование, а расписание. Кстати, первая Ассамблея, 2011 года, тоже при двух дамах-спикерах уделяла расписанию меньше внимания, чем дискуссиям.
Кроме того, у москвичей за спикером не был закреплён понедельник как День Тяжёлых Слов, поскольку запрета на критику и самокритику во все дни , кроме понедельника, не существовало.
Модераторами Абая в разное время были Антон Темиров, Павел Овчинников, Изабель Макгоева, Олег Богданов, Кирилл Филоненко, Георгий Комаров.
4) Там сразу выгнали всех политиков, а потому ни агитотчётов, ни "политических вторников" не было.
Москва слезам не верит, а крокодиловым слезам - вдвойне. Ассамблея Абая приняла решение выписать из лагеря всех московских политиков разом за попытку "примазаться к народу". Да, они решили разом все бондарнокурносиковые проблемы, которые у нас решались медленно и криво, но им пришлось отказаться от "представительской" роли.
Разговор с леди Яной про вторники достоин дословного воспроизведения:
Посол: "А как вам удалось избавиться от политиков?"
Лжец: "Мы обязали их приходить по вторникам - и у них не осталось времени приходить в другие дни!"
5) У нас не было различия между "культурной программой" и "образовательными программами".
Ехидные замечания по поводу "культурной столицы" прошу оставить при себе. У нас среды были сначала временем сбора #ОккупайХор с пением песен на разных языках, потом к песням добавили пляски и изобразительное искусство, потом - кино и режиссуру, и всё это было рассчитано на "внешнего зрителя". Там "культурная программа" была обращена внутрь лагеря, на самих ассамблейцев.
Леди-средой Абая была Яна Дронова, а Павел Овчинников помогал ей скорее как спикер, а не как лорд-среда.
6) Там, где у нас была #культурология, у них была #культура.
Фактически наши четверги соответствовали их субботам, но если у нас по четвергам звали представителей субкультур для препарирования их быта и нравов, то в Москве про субботам звали людей искусства для расширения кругозора самих участников лагеря.
Таким образом, лордом-четвергом Москвы можно считать Максима Санникова, который отвечал за культурную программу (и которого тоже страховал Павел Овчинников! - какое совпадение! - кажется, нам удалось вычислить, кто контролировал Абайскую Ассамблею!)
7) Связь с другими городами в Москве пускали на самотёк.
Возможно, проблемы "знать, что происходит в провинции" перед Москвой и не стояло: число людей, только что приехавших из других городов, на Абае часто превышало число москвичей. Соответственно, "послов" ценили невысоко. Абай всегда располагал информацией о глубинке в несколько раз более полной и точной, чем была у нас. Эти бы ресурсы - да на мнемокартографию!!!
Соответственно, лорда-пятницы в Москве тоже не было и нет до сих пор.
8) Лордов в Москве не было, но лордство в Москве было.
Слово другое, а суть та же: слово человека, задержанного за административное правонарушение, у москвичей тоже было гораздо более весомо, чем слово человека без лордства. Кроме того, прошу не забывать, что узники Болотной площади, сидящие серьёзно и по страшным статьям, - москвичи и друзья москвичей, державших #ОккупайАбай, и движение с самого начала вертелось вокруг них, а их освобождение было главным требованием.
Помощью задержанным на Абайской Ассамблее занимался (и продолжает заниматься) Руслан Садчиков.
9) В Москве стремились не "привлекать новых людей", а "избавиться от незваных гостей".
В силу того, что лагерь был более многочисленным, чем у нас, там больше заботились о "выписывании" из лагеря людей недостойных, чем о "приглашении" людей интересных.
При таком подходе функции лорда-лжеца и капитана стражи совмещал один и тот же человек: Лёша, лорд Тролль. Именно он подходил к новоприбывшим и объяснял закономерности жизни лагеря и особенности его регламента, но тех, кто пытался сорвать работу лагеря, Лёша троллил сам - и обычно очень успешно.
(Попытайтесь представить Кора и Стефановича в одном лице...)
10) В Москве Абай был ассамблеей ПЕРВОГО СОЗЫВА, а Исаакиевская опиралась на Дворцовую.
Во время рассказа Яны мне часто приходили на ум параллели между Абаем-2012 и Ассамблеей на Дворцовой площади 2011 года. Не исключено, что именно в этом и разгадка: у нас был год форы. Это хорошая новость: значит, следующий год у москвичей будет в три раза результативнее, чем предыдущий (как у нас 2012 год на Исаакиевской по всем параметрам превзошёл 2011 год на Дворцовой). Не знаю, разделят ли москвичи мой оптимизм, но основания для него есть.
11) Общее.
Всем, кто говорит о лучшей организации Исаакиевской в сравнении с Абаем (а в особенности - некоторым калининградцам), хочу напомнить, что тупик, в котором сейчас находится Исаакиевская, гораздо страшнее. Мы достигли потолка: на весь город примерно 3000 человек готовы "бросить всё и броситься на помощь", так что и волонтёры, и наблюдатели, и политики - это всё одни и те же люди. "Всех, кто стоит на поляне, я знаю в лицо". Чайная Программа, задачей которой было расширение хотя бы числа волонтёров, провалилась с треском. В сравнении с этой проблемой то, на что жалуется Москва, смешно. У них мобилизационный ресурс ещё не исчерпан.
Наверняка я многое перепутал и (особенно!) переврал, потому - прошу леди Яну и других московских активистов прочитать этот текст как можно внимательнее и исправить в нём как можно больше.
@YannaNova - не менее ценный справочник по истории московской Ассамблеи.
В Москве всё было не так. Как именно - не знаю, поскольку говорили менее часа. Но здесь - бросающиеся в глаза различия.
1) Там не было должностных лиц (вернее, один человек совмещал несколько функций).
У нас сразу создали рабочие группы, каждая из которых постепенно усохла до полутора-двух человек, которые и оказались "крайними", то есть должностными лицами. Там процесс пошёл дальше: одного человека навьючивали задачами нескольких групп.
2) Там не было попытки регулярно контролировать что-либо за пределами лагеря.
С Исаакиевской с самого начала выбрасывались десанты, а тон задавали волонтёры. Там, наоборот, пытались сконцентрировать всех протестующих в одной точке, поскольку было несколько центров протеста (#ОккупайАбай, #ОккупайСуд, #ОккупайСК), которые довольно быстро начали перетягивать людей друг у друга и браниться.
3) Там почти не было разделения на дни, посвященные тем или иным темам.
У нас деление на дни возникло в тот момент, когда все осознали, что Ассамблея - это надолго, а люди хотят жить и работать, и приходить каждый день не могут. Там всё было больше похоже на Ассамблею 2011 года на Дворцовой площади: разные темы обсуждались не только в один день, но иногда и одновременно, в разных частях лагеря.
4) Спикера у москвичей называют "модератором", то есть главная задача их спикера - не составление расписания на неделю, а модерирование дискуссий.
У нас здесь всё оказалось удачнее: Лика довольно быстро сдала полномочия Колясику, а дисциплинированный и педантичный Колясик главной своей задачей считал не модерирование, а расписание. Кстати, первая Ассамблея, 2011 года, тоже при двух дамах-спикерах уделяла расписанию меньше внимания, чем дискуссиям.
Кроме того, у москвичей за спикером не был закреплён понедельник как День Тяжёлых Слов, поскольку запрета на критику и самокритику во все дни , кроме понедельника, не существовало.
Модераторами Абая в разное время были Антон Темиров, Павел Овчинников, Изабель Макгоева, Олег Богданов, Кирилл Филоненко, Георгий Комаров.
4) Там сразу выгнали всех политиков, а потому ни агитотчётов, ни "политических вторников" не было.
Москва слезам не верит, а крокодиловым слезам - вдвойне. Ассамблея Абая приняла решение выписать из лагеря всех московских политиков разом за попытку "примазаться к народу". Да, они решили разом все бондарнокурносиковые проблемы, которые у нас решались медленно и криво, но им пришлось отказаться от "представительской" роли.
Разговор с леди Яной про вторники достоин дословного воспроизведения:
Посол: "А как вам удалось избавиться от политиков?"
Лжец: "Мы обязали их приходить по вторникам - и у них не осталось времени приходить в другие дни!"
5) У нас не было различия между "культурной программой" и "образовательными программами".
Ехидные замечания по поводу "культурной столицы" прошу оставить при себе. У нас среды были сначала временем сбора #ОккупайХор с пением песен на разных языках, потом к песням добавили пляски и изобразительное искусство, потом - кино и режиссуру, и всё это было рассчитано на "внешнего зрителя". Там "культурная программа" была обращена внутрь лагеря, на самих ассамблейцев.
Леди-средой Абая была Яна Дронова, а Павел Овчинников помогал ей скорее как спикер, а не как лорд-среда.
6) Там, где у нас была #культурология, у них была #культура.
Фактически наши четверги соответствовали их субботам, но если у нас по четвергам звали представителей субкультур для препарирования их быта и нравов, то в Москве про субботам звали людей искусства для расширения кругозора самих участников лагеря.
Таким образом, лордом-четвергом Москвы можно считать Максима Санникова, который отвечал за культурную программу (и которого тоже страховал Павел Овчинников! - какое совпадение! - кажется, нам удалось вычислить, кто контролировал Абайскую Ассамблею!)
7) Связь с другими городами в Москве пускали на самотёк.
Возможно, проблемы "знать, что происходит в провинции" перед Москвой и не стояло: число людей, только что приехавших из других городов, на Абае часто превышало число москвичей. Соответственно, "послов" ценили невысоко. Абай всегда располагал информацией о глубинке в несколько раз более полной и точной, чем была у нас. Эти бы ресурсы - да на мнемокартографию!!!
Соответственно, лорда-пятницы в Москве тоже не было и нет до сих пор.
8) Лордов в Москве не было, но лордство в Москве было.
Слово другое, а суть та же: слово человека, задержанного за административное правонарушение, у москвичей тоже было гораздо более весомо, чем слово человека без лордства. Кроме того, прошу не забывать, что узники Болотной площади, сидящие серьёзно и по страшным статьям, - москвичи и друзья москвичей, державших #ОккупайАбай, и движение с самого начала вертелось вокруг них, а их освобождение было главным требованием.
Помощью задержанным на Абайской Ассамблее занимался (и продолжает заниматься) Руслан Садчиков.
9) В Москве стремились не "привлекать новых людей", а "избавиться от незваных гостей".
В силу того, что лагерь был более многочисленным, чем у нас, там больше заботились о "выписывании" из лагеря людей недостойных, чем о "приглашении" людей интересных.
При таком подходе функции лорда-лжеца и капитана стражи совмещал один и тот же человек: Лёша, лорд Тролль. Именно он подходил к новоприбывшим и объяснял закономерности жизни лагеря и особенности его регламента, но тех, кто пытался сорвать работу лагеря, Лёша троллил сам - и обычно очень успешно.
(Попытайтесь представить Кора и Стефановича в одном лице...)
10) В Москве Абай был ассамблеей ПЕРВОГО СОЗЫВА, а Исаакиевская опиралась на Дворцовую.
Во время рассказа Яны мне часто приходили на ум параллели между Абаем-2012 и Ассамблеей на Дворцовой площади 2011 года. Не исключено, что именно в этом и разгадка: у нас был год форы. Это хорошая новость: значит, следующий год у москвичей будет в три раза результативнее, чем предыдущий (как у нас 2012 год на Исаакиевской по всем параметрам превзошёл 2011 год на Дворцовой). Не знаю, разделят ли москвичи мой оптимизм, но основания для него есть.
11) Общее.
Всем, кто говорит о лучшей организации Исаакиевской в сравнении с Абаем (а в особенности - некоторым калининградцам), хочу напомнить, что тупик, в котором сейчас находится Исаакиевская, гораздо страшнее. Мы достигли потолка: на весь город примерно 3000 человек готовы "бросить всё и броситься на помощь", так что и волонтёры, и наблюдатели, и политики - это всё одни и те же люди. "Всех, кто стоит на поляне, я знаю в лицо". Чайная Программа, задачей которой было расширение хотя бы числа волонтёров, провалилась с треском. В сравнении с этой проблемой то, на что жалуется Москва, смешно. У них мобилизационный ресурс ещё не исчерпан.
Наверняка я многое перепутал и (особенно!) переврал, потому - прошу леди Яну и других московских активистов прочитать этот текст как можно внимательнее и исправить в нём как можно больше.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
опыт уличного парламентаризма, сравнение
Date: 2013-05-15 06:06 am (UTC)no subject
Date: 2013-05-15 06:52 am (UTC)И не опирались мы ни на какую Дворцовую. Кто вообще это придумал?