Далматины.1. Память.
May. 4th, 2006 08:45 amПетербург – город с очень хорошей памятью. Здесь помнят звук пролетающего самолёта и свист бомб. Здесь помнят, какая сторона при обстреле опаснее. Здесь помнят всё. Это первый город, где при появлении неонацистов вспомнили их эмблемы на бортах бомбардировщиков и забили тревогу. Это единственный город, где едва появившимся неонацистам сразу же дали отпор, где все молодёжные движения – в обычной жизни непримиримые, как непримиримы все НАСТОЯЩИЕ, – объединились в антифашистскую коалицию.
Тактика нацистов против фронта «АНТИФА» оказалась проста: пока микродвижения не объединились полностью, убить по одному человеку из каждого, чтобы запугать их с самого начала. Хроника известна всем. Однако эти убийства вызвали широкий резонанс: никто не поверил, что это простые хулиганские выходки. Именно тогда нацистам и подоспела удобная «дымовая завеса»: «нашисты», общественно-политическое движение «НАШИ», в прошлом – «Идущие Вместе».
1. Ход первый: «Фашистов нет! Есть хулиганы и оппозиция, которая цинично погибает от рук обычных хулиганов, чтобы обвинить власти в том, что у нас завелись фашисты! Оградим наши средства массовой информации от антифашистской истерии!». Этому, по понятным причинам, никто в Петербурге не поверил. :-)
2. Ход второй: «Фашизм – реальная угроза! Дадим суровый отпор эстонским, латышским и литовским фашистам, так и не покаявшимся за захват России в 1941 году и до сих пор притесняющих русскоязычное население! Убирайтесь в свои карликовые государства, мерзкие фашисты, и запомните навсегда: Россия – для русских!» Этому поверили.
3. Ход третий: «Мы – единственные подлинные борцы с фашизмом! Мы одни получили от правительства лицензию на борьбу с фашизмом в России! Наши антифашистские акции – самые массовые и раскрученные, все же, кто против нас – фашисты и пособники фашизма!» Этому верят. Верят даже сами иностранцы из Африки, Малой Азии и Китая.
Где-то я это видел! Откуда я помню эти чёрно-белые куртки? Эти лица, раскрашенные чёрным и белым, как у Круэллы де Виль? Где я встречал подобную тактику? Где я видел нашистов раньше? Давно, ещё задолго до Петербурга… Где? Вспоминай же, вспоминай! У тебя хорошая память, почти как у твоего Города!
И я вспомнил. Фреска XIII века, работы Андрея Флорентийского. Святой Доминик, основатель монашеского ордена доминиканцев, красноречиво спорит с еретиками, а под его ногами псы (слово «Dominicani», «доминиканцы», часто читалось как «Domini Cani», «Псы Господни») терзают волков, охраняя паству. У собак очень «доминиканская» окраска, чёрная с белым, они напоминают далматинцев, породу, специально выведенную для того, чтобы бегать за каретами знатных вельмож. Волки же больше похожи не на матёрых хищников, а на безрогих оленей. Наверное, у Андрея Флорентийского были свои счёты к доминиканцам.
Пока одни говорят и отвлекают внимание, другие убивают.
Тактика нацистов против фронта «АНТИФА» оказалась проста: пока микродвижения не объединились полностью, убить по одному человеку из каждого, чтобы запугать их с самого начала. Хроника известна всем. Однако эти убийства вызвали широкий резонанс: никто не поверил, что это простые хулиганские выходки. Именно тогда нацистам и подоспела удобная «дымовая завеса»: «нашисты», общественно-политическое движение «НАШИ», в прошлом – «Идущие Вместе».
1. Ход первый: «Фашистов нет! Есть хулиганы и оппозиция, которая цинично погибает от рук обычных хулиганов, чтобы обвинить власти в том, что у нас завелись фашисты! Оградим наши средства массовой информации от антифашистской истерии!». Этому, по понятным причинам, никто в Петербурге не поверил. :-)
2. Ход второй: «Фашизм – реальная угроза! Дадим суровый отпор эстонским, латышским и литовским фашистам, так и не покаявшимся за захват России в 1941 году и до сих пор притесняющих русскоязычное население! Убирайтесь в свои карликовые государства, мерзкие фашисты, и запомните навсегда: Россия – для русских!» Этому поверили.
3. Ход третий: «Мы – единственные подлинные борцы с фашизмом! Мы одни получили от правительства лицензию на борьбу с фашизмом в России! Наши антифашистские акции – самые массовые и раскрученные, все же, кто против нас – фашисты и пособники фашизма!» Этому верят. Верят даже сами иностранцы из Африки, Малой Азии и Китая.
Где-то я это видел! Откуда я помню эти чёрно-белые куртки? Эти лица, раскрашенные чёрным и белым, как у Круэллы де Виль? Где я встречал подобную тактику? Где я видел нашистов раньше? Давно, ещё задолго до Петербурга… Где? Вспоминай же, вспоминай! У тебя хорошая память, почти как у твоего Города!
И я вспомнил. Фреска XIII века, работы Андрея Флорентийского. Святой Доминик, основатель монашеского ордена доминиканцев, красноречиво спорит с еретиками, а под его ногами псы (слово «Dominicani», «доминиканцы», часто читалось как «Domini Cani», «Псы Господни») терзают волков, охраняя паству. У собак очень «доминиканская» окраска, чёрная с белым, они напоминают далматинцев, породу, специально выведенную для того, чтобы бегать за каретами знатных вельмож. Волки же больше похожи не на матёрых хищников, а на безрогих оленей. Наверное, у Андрея Флорентийского были свои счёты к доминиканцам.
Пока одни говорят и отвлекают внимание, другие убивают.