![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Dec. 14th, 2020
Вместо поздравлений с 14 декабря (с поражениями не поздравляют, поздравьте лучше карикатуриста Николая Павловича!) отмечу забавный факт: сейчас в столицах снимают дорогое кино про то, какие декабристы были плохие, и культ декабристов по всем законам рекламы идёт на спад. А вот в Сибири и на Дальнем Востоке с культом декабристов ничего не происходит: они жили там дольше, и память о себе оставили более прочную. Могу предсказать, что через пару лет декабристы станут символом сибирской антиколониальной идентичности.
#Декабристы
#ВосстаниеДекабристов
#ЧетырнадцатоеДекабря
#Декабристы
#ВосстаниеДекабристов
#ЧетырнадцатоеДекабря
Про это все забыли, а я не забыл: https://vk.com/wall-149076309_310 😊
Прошёл год. То ли все смирились, то ли попривыкли, стали спокойнее.
Справлюсь с первоочередными делами — и продолжу вышивать по канве.
Восемью разными цветами.
Прошёл год. То ли все смирились, то ли попривыкли, стали спокойнее.
Справлюсь с первоочередными делами — и продолжу вышивать по канве.
Восемью разными цветами.
Стоят на Сенатской площади Чацкий, Скалозуб и Молчалин. Друг на друга косятся недобро, потому что стоят по разным причинам.
Чацкий — потому, что люди — гады; высшее общество — такая же чернь, как и простонародье; страна далека от католического просвещения, а кнут и плеть плохо влияют на форму сюртуков, шляп и мыслей. Потому, что бабы не любят (ну, пусть не все, но — как минимум — некоторая!) А ещё — из сожаления, что он, Чадский, недостаточно тщательно и, главное, недостаточно долго полировал ногти четыре года назад вместо того, чтобы доставить покойному государю известие о происшествии в Семёновском полку. Надо было три дня ногти полировать, когда был случай! Надо было тогда всё-таки перейти тонкую грань между саботажем и мятежом! Теперь пусть новый государь ногти грызёт, а он, Чацкий, подождёт!
Молчалин — потому, что не все процедуры соблюдены должным образом. Император не имеет морального права составить секретный указ с назначением наследника и не обнародовать его до собственной смерти. Цесаревич, которого учили править страной, не имеет права отказаться от престола ни ради бабы, ни уж тем более из страха перед табакеркой. Военный инженер, которого не учили править страной, не должен соглашаться принимать власть у брата. Реформы по облегчению быта крепостных крестьян, начатые покойным государем, должны быть доведены до логического завершения. Угодить нужно всем, без изъятья. Если хоть кому-то не угодили — то всё бесполезно: одна фальшивая нота испортит всю пьесу.
Скалозуб — потому, что мерзавец и злодей Бонапарт слишком быстро проиграл кампанию: все старшие друзья успели повоевать и получить настоящие ордена за настоящую войну с настоящими французами, а ему — жалкий орденок на шею за Силезию и совсем уже ничтожные в глазах настоящих военных кресты за горцев-туземцев. Если ты вступил в службу в 1809 году и два самых славных года ваш полк водили по тылам, долго и молча отступая, то настоящей героической войны больше нет и не будет! Она грянет тогда, когда ты станешь уже глубоким стариком! К чему тебе храбрость, если ты опоздал родиться к Отечественной войне — и уже ничего не исправишь? А значит — настоящую боевую славу и место в Истории добыть можно только в дворцовом перевороте и в войне гражданской, преодолев сначала сопротивление этого чистоплюя и слюнтяя князь-Георгия!
Каждому из собравшихся на площади непонятны мотивы двоих других.
С точки зрения Чацкого Скалозуб — выскочка, а Молчалин — ничтожество.
С точки зрения Скалозуба Чацкий — гусар, а Молчалин — вообще шпак.
С точки зрения Молчалина Чацкий — безумец, а Скалозуб — карьерист.
Общее в них — только то, что все трое иногда поглядывают в сторону Невы. И вовсе не потому, что собираются бежать! Просто за Невой стоит полк Манилова, а Манилов ручался честию, что убедит своих сослуживцев-офицеров присоединиться к восстанию. Переоценил своё красноречие Манилов: полк просто стоит и ждёт, чья возьмёт, не примыкая явно ни к инсургентам, ни к лоялистам. Полк, где служит Манилов, просто стоит и выжидает: чья возьмёт?
Через час полетит картечь. Скалозуб её поймает — с обычной своей усмешкой. Чацкий провалится под лёд, франтовская шуба не даст ему всплыть: лучше бы не постеснялся ахтырский гусарский мундир надеть! Молчалин напишет в каземате Петропавловской крепости четыреста шестьдесят листов о том, какие реформы и в какой последовательности нужно проводить, и назовёт своими ближайшими сообщниками по Союзу Благоденствия едва-едва знакомых с ним, но зато уже достоверно покойных Скалозуба и Чацкого, чтобы выгородить Манилова. Допросный лист и следственное дело Молчалина попадут в руки к графу Троллстому, известному литератору.
Именно под пером графа Троллстого эти трое превратятся в единомышленников, союзников, верных друзей и соратников. Под его пером они станут людьми одного круга, дружно поднимающими за общие идеалы сначала бокалы, а потом и оружие.
Произойдёт это по двум причинам.
Во-вторых, граф Троллстой восхитится неудачным переворотом, результатом которого станет смешение аристократов с народом и астрономическая польза, которую принесут образованные люди, лишённые привилегированного положения. Наивнее графа Троллстого окажется только эмигрант Давлятов, который с не меньшим талантом примирит "сидевших" и "сажавших", построив силою своего вымысла не менее абсурдную идиллию покинутой родины.
Во-первых, граф Троллстой будет человеком другого поколения, уже не способного понять, что у полуштатского франта, солдафона-полковника и архивного юноши нет и не может быть ничего общего. И в этом граф Троллстой будет... прав. По праву сильного. По праву Лжеца. По праву ересиарха, со лжи которого начинается новый мир и новая вера. Но и не только по этому праву. Просто граф Троллстой первым увидит, что эти трое хоть и не были соратниками, но стали таковыми. Только потомки видят, что у людей прошлого поколения было больше общих черт, чем различий.
Это сказка не про декабристов. Это сказка даже не про наше поколение. Это сказка про следующее поколение, с точки зрения которого мы все окажемся "соратниками": даже с теми, кому при жизни не подали бы руки. Они не увидят разницы между ворами и крысоборцами, между незалежниками и лугандонцами, между экстремистами и экстремалами. Они увидят в нас общие черты (существующие объективно, но незаметные нам самим). Они вообразят и изобразят нас сознательными и солидарными творцами того, что достанется им в наследство от нас.
Что-то мне кажется, что это наследство не вызовет у них одобрения.
#Декабристы
#НеДекабристы
Чацкий — потому, что люди — гады; высшее общество — такая же чернь, как и простонародье; страна далека от католического просвещения, а кнут и плеть плохо влияют на форму сюртуков, шляп и мыслей. Потому, что бабы не любят (ну, пусть не все, но — как минимум — некоторая!) А ещё — из сожаления, что он, Чадский, недостаточно тщательно и, главное, недостаточно долго полировал ногти четыре года назад вместо того, чтобы доставить покойному государю известие о происшествии в Семёновском полку. Надо было три дня ногти полировать, когда был случай! Надо было тогда всё-таки перейти тонкую грань между саботажем и мятежом! Теперь пусть новый государь ногти грызёт, а он, Чацкий, подождёт!
Молчалин — потому, что не все процедуры соблюдены должным образом. Император не имеет морального права составить секретный указ с назначением наследника и не обнародовать его до собственной смерти. Цесаревич, которого учили править страной, не имеет права отказаться от престола ни ради бабы, ни уж тем более из страха перед табакеркой. Военный инженер, которого не учили править страной, не должен соглашаться принимать власть у брата. Реформы по облегчению быта крепостных крестьян, начатые покойным государем, должны быть доведены до логического завершения. Угодить нужно всем, без изъятья. Если хоть кому-то не угодили — то всё бесполезно: одна фальшивая нота испортит всю пьесу.
Скалозуб — потому, что мерзавец и злодей Бонапарт слишком быстро проиграл кампанию: все старшие друзья успели повоевать и получить настоящие ордена за настоящую войну с настоящими французами, а ему — жалкий орденок на шею за Силезию и совсем уже ничтожные в глазах настоящих военных кресты за горцев-туземцев. Если ты вступил в службу в 1809 году и два самых славных года ваш полк водили по тылам, долго и молча отступая, то настоящей героической войны больше нет и не будет! Она грянет тогда, когда ты станешь уже глубоким стариком! К чему тебе храбрость, если ты опоздал родиться к Отечественной войне — и уже ничего не исправишь? А значит — настоящую боевую славу и место в Истории добыть можно только в дворцовом перевороте и в войне гражданской, преодолев сначала сопротивление этого чистоплюя и слюнтяя князь-Георгия!
Каждому из собравшихся на площади непонятны мотивы двоих других.
С точки зрения Чацкого Скалозуб — выскочка, а Молчалин — ничтожество.
С точки зрения Скалозуба Чацкий — гусар, а Молчалин — вообще шпак.
С точки зрения Молчалина Чацкий — безумец, а Скалозуб — карьерист.
Общее в них — только то, что все трое иногда поглядывают в сторону Невы. И вовсе не потому, что собираются бежать! Просто за Невой стоит полк Манилова, а Манилов ручался честию, что убедит своих сослуживцев-офицеров присоединиться к восстанию. Переоценил своё красноречие Манилов: полк просто стоит и ждёт, чья возьмёт, не примыкая явно ни к инсургентам, ни к лоялистам. Полк, где служит Манилов, просто стоит и выжидает: чья возьмёт?
Через час полетит картечь. Скалозуб её поймает — с обычной своей усмешкой. Чацкий провалится под лёд, франтовская шуба не даст ему всплыть: лучше бы не постеснялся ахтырский гусарский мундир надеть! Молчалин напишет в каземате Петропавловской крепости четыреста шестьдесят листов о том, какие реформы и в какой последовательности нужно проводить, и назовёт своими ближайшими сообщниками по Союзу Благоденствия едва-едва знакомых с ним, но зато уже достоверно покойных Скалозуба и Чацкого, чтобы выгородить Манилова. Допросный лист и следственное дело Молчалина попадут в руки к графу Троллстому, известному литератору.
Именно под пером графа Троллстого эти трое превратятся в единомышленников, союзников, верных друзей и соратников. Под его пером они станут людьми одного круга, дружно поднимающими за общие идеалы сначала бокалы, а потом и оружие.
Произойдёт это по двум причинам.
Во-вторых, граф Троллстой восхитится неудачным переворотом, результатом которого станет смешение аристократов с народом и астрономическая польза, которую принесут образованные люди, лишённые привилегированного положения. Наивнее графа Троллстого окажется только эмигрант Давлятов, который с не меньшим талантом примирит "сидевших" и "сажавших", построив силою своего вымысла не менее абсурдную идиллию покинутой родины.
Во-первых, граф Троллстой будет человеком другого поколения, уже не способного понять, что у полуштатского франта, солдафона-полковника и архивного юноши нет и не может быть ничего общего. И в этом граф Троллстой будет... прав. По праву сильного. По праву Лжеца. По праву ересиарха, со лжи которого начинается новый мир и новая вера. Но и не только по этому праву. Просто граф Троллстой первым увидит, что эти трое хоть и не были соратниками, но стали таковыми. Только потомки видят, что у людей прошлого поколения было больше общих черт, чем различий.
Это сказка не про декабристов. Это сказка даже не про наше поколение. Это сказка про следующее поколение, с точки зрения которого мы все окажемся "соратниками": даже с теми, кому при жизни не подали бы руки. Они не увидят разницы между ворами и крысоборцами, между незалежниками и лугандонцами, между экстремистами и экстремалами. Они увидят в нас общие черты (существующие объективно, но незаметные нам самим). Они вообразят и изобразят нас сознательными и солидарными творцами того, что достанется им в наследство от нас.
Что-то мне кажется, что это наследство не вызовет у них одобрения.
#Декабристы
#НеДекабристы
Вероятно, знаменитое НИИЧАВО братьев Стругацких было создано на основе не менее знаменитого, но чуть реже упоминаемого в печати Научно-исследовательского института хроноэнергетических аномалий (НИИХрЭнА).
Один из самых трогательных сюжетов: когда сотня людей в сговоре выстраивает идеальный мир вокруг одного-единственного зрителя. Сюжет о разрушении причинно-следственных связей в одной отдельно взятой точке. О возможности невозможного.
И не говорите мне, что такого не бывает! Я четыре раза в жизни режиссировал именно такие афёры. С разным результатом, но четырежды: в 2003, 2005, 2007 и 2013 году. А может быть — и чаще: просто это уже давно было, и я не очень хорошо помню.
Но повторить, наверное, смогу!
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B0%D1%8F_%D0%B0%D1%84%D0%B5%D1%80%D0%B0
https://www.kinopoisk.ru/film/696154//
И не говорите мне, что такого не бывает! Я четыре раза в жизни режиссировал именно такие афёры. С разным результатом, но четырежды: в 2003, 2005, 2007 и 2013 году. А может быть — и чаще: просто это уже давно было, и я не очень хорошо помню.
Но повторить, наверное, смогу!
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%88%D0%B0%D1%8F_%D0%B0%D1%84%D0%B5%D1%80%D0%B0
https://www.kinopoisk.ru/film/696154//