О стыдливости и эпатаже.

Через тысячу лет люди (если таковые останутся) будут считать дико непристойным какую-нибудь совершенно обычную для нас вещь (ну, например, есть виноград). Тогда утончённые учёные будут стыдливо огораживать отточиями все эпизоды в биографиях великих людей (если кого-то из наших современников сочтут великими), где те ели виноград или хотя бы говорили о винограде...

...а разнузданные школяры будут передавать друг в другу в списках эти скандальные-эпизоды-из-жизни-авторитетных-лиц (разумеется, пренебрегая контекстом), чтобы доказать: "Великие тоже ели виноград!" - и, заодно, поставить себя в один ряд с великими хоть в чём-нибудь, пусть даже в пренебрежении общественными приличиями (что всегда проще, чем прославитьтся самому).

Объяснить и тем и другим, что в наше время неприличным считалось не поедание винограда, а, например, выкидывание свежей еды в мусорный бак, ношение фабричной одежды, имитирующей рваную, и обращение к младшим дамам на "Вы", будет просто некому: для нас эти "правила приличия" - в порядке вещей, зафиксировать их в истории быта может только скандал, вызванный нарушением этих неписаных правил.
Собственно, я даже эти три примера вспомнил именно потому, что было три скандала. :-)

Кстати, а что ещё в "наше время" считается неприличным?
А ещё, желательно, "кем именно считается"?
Чем длинее список - тем лучше!

Искатель. Значение слова в XIX веке.

"... Федоров ничтожен и в политическом отошении. Он никогда не читывал ни одной политической книги и, вероятно, даже иностранных газет. Но как он искатель и из низкого происхождения, то он из протекции или по незнанию позволит управлять собою каждому, который только ослепит его блеском знатности или богатства".

М. Я. фон Фок, докладная записка "О титулярном советнике Федорове, предполагающем издавать газету: С-Петербургский дневник" в делах за 1828 год секретного архива III Отделения Е.И.В. Канцелярии.

В. Э. Вацуро, М. И. Гиллельсон. Сквозь "Умственные плотины": Из истории книги и прессы пушкинской поры. М., 1972. С. 197-198.